Globe Trotter

Интересно меняется гостиничная жизнь в Риме.

В последние годы в городе появились не только отели-палаццо, но и современные живые проекты, такие как Edition или The Hoxton. А в октябре откроется проект бренда Experimental, который, может быть, не так широко известен, но в узких кругах его обожают. Прежде всего потому что его создатели когда-то изменили барную жизнь Парижа – проложили мостик от класски к современным крафтовым коктейлям. А в последние годы активно взялись за отели, в частности, обошли страницы дизайнерских журналов мира Experimantal в Биаррице и Париже, громко заявил о себе венецианский отель, а теперь группа еще и нацелилась на Португалии и готовит к открытию отели в Порту и Компорте. Разумеется, в каждом из них будут их фирменные бары. И вот появились первые кадры интерьера римского отеля: смесь французского шика с римскми фактурами. Дизайн какой угодно, но не скучный.

За кухню отвечает Джованни Пассерини – римлянин, уехавший покорять Париж больше десяти лет назад и ставший там одним из самых признанных итальянских шефов; теперь он впервые готовит в родном городе. На крыше – подвешенный бассейн и бар с видом на Колизей.

Когда-то я был в мраморных карьерах Каррары и в тот момент понял, что такое настоящий "тяжелый люкс" – это когда ты в гигантской мраморной шахте с потолками высотой 30 метров, и абсолютно вся она из мрамора. Это вам не ванна в роскошном отеле.

Подобные карьеры существуют и под Афинами, и они тоже привлекают внимание художников, декораторов и организаторов модных событий: владельцы сдают их под мероприятия. Прочитал о них интересное в FT.

Речь о горе Пентели, чьим мрамором отделаны кариатиды афинского Эрехтейона – это тот самый камень, добычу которого здесь ведут больше двух тысяч пятисот лет, а сейчас этим занимается семейная компания Dionyssomarble, работающая с 1877 года. С этим же мрамором в середине XX века работал Исаму Ногучи, заказывавший себе глыбы прямо в Нью-Йорк, а в 2022 году Индия Мадави пересобрала в пентелийском камне свои знаковые предметы – табурет Bishop и стол Alber – для афинской галереи Carwan. В портфолио самой компании также значатся поставки для реставрации Айя-Софии в Стамбуле и штаб-квартиры ООН в Нью-Йорке – так что, хотя бренд и не так раскручен, как каррарский, провенанс у него не менее внушительный.

Сейчас карьеры Dionyssomarble постепенно превращаются в площадки для частных мероприятий, съёмок кино и модных показов. В их циклопических залах на Пентели показывали коллекцию Cos, а на острове Тинос, где добывают зеленоватый мрамор, Hermès закрыто представлял часовую выставку Shapes of Time. На белых скалах карьера Волакас на севере страны Ромен Гаврас снимал «Жертвоприношение» с Крис Эвансом и Аньей Тейлор-Джой. Местом массового туризма карьеры пока не стали – и это, пожалуй, к лучшему.

Художница Синди Шерман стала автором официального плаката только что открывшегося 79-го кинофестиваля в Локарно. Мастерица перевоплощений изобразила себя укутанной в шарф с леопардовым принтом — отсылка к главному символу фестиваля и его награде "Золотому леопарду".

В программе фестиваля премьера фильма Альберта Серра "16 моментов моей жизни", снятому по концерту певицы кабаре, актрисы и иконы стиля Ингрид Кавен.

Она была музой Райнера Вернера Фассбиндера и Ива Сен-Лорана, который в 1976 году создал для неё знаменитое облегающее чёрное платье с вырезом сзади (3). В ленте сделан акцент и на нарядах Кавен.

9 августа 88-летняя актриса лично представит фильм.

Что делает Homo Faber одним из главных событий в мире искусства, дизайна и ремесла?

Мы попросили рассказать об этом Александра Кулиша — автора телеграм-канала Globe Trotter и нашего друга, который много лет исследует самые важные культурные события мира.

Биеннале артизанов Homo Faber (1 – 30 сентября) — одно из главных событий мира на пересечении искусства и люкса. Она была придумана для того, чтобы отличить настоящий люкс – то, что сделано руками, – от серийного производства, которое люксом только прикидывается. Огромная команда кураторов по всему миру ищет лучших из лучших артизанов, и раз в два года привозит в Венецию не только результаты их труда, но и самих мастеров, которые физически присутствуют на стендах и работают прямо на глазах у зрителей. Все ведущие люксовые бренды – интерьерные, ювелирные, аксессуарные, – присылают сюда своих сотрудников, чтобы найти новые таланты, которых можно привлечь к сотрудничеству.

Вместе с тем, Homo Faber - это еще и масштабное шоу, которое проходит на территории монастыря Сан Джорджо Маджоре. Раз в два года выбирают нового художественного директора, который отвечает за пространственное решение выставки, за все ее 15 залов, продумывая их архитектуру, свет, звук, развитие темы. Homo Faber 2026 обещает быть особенно интересным, потому что его арт-директор – Эс Девлин, оформлявшая Олимпиады и концерты мегазвезд, но имеющая серьезную репутацию как художник, работающий со светом. Поэтому не только ее собственные инсталляции, а они тоже будут, но и весь опыт восприятия Homo Faber будет доверен художнице, которая знает, как работать с аудиторией.

Интересно оказаться в Венеции в сентябре еще и потому, что Homo Faber не ограничивается рамками выставочных павильонов – по всему городу партизаны открывают свои мастерские для публики. А еще у выставки будет параллельная программа в недавно открывшемся новом пространстве Casa Sanlorenzo, спроектированное Пьеро Лиссони.

А продолженный эффект Homo Faber будет ощущаться и после сентября далеко за пределами Италии. Все ателье, отобранные кураторами, получают специальные таблички Homo Faber, которые ценятся также, как Michelin в мире ресторанов. Если такая табличка висит у двери – значит за ней работает артизан из высшей лиги.

Если после этого текста вам захочется увидеть Homo Faber своими глазами, по ссылке — авторское путешествие Александра Кулиша в Венецию.

На днях французский дизайнер Тристан Оэр написал в соцсетях «Burj Al Arab у меня на уме», сопроводив видео знаменитого дубайского отеля, снятого дроном.

Это означает, что работа по реновации идет полным ходом. Ее планировали давно – богаческие интерьеры Хуана Чью давно уже выглядели пришельцами из шальных девяностых. Однако удар обломков иранского беспилотника, перехваченного над отелем 28 февраля 2026 года и вызвавшего пожар, ускорил решение. Отель-парус, никогда не закрывавшийся с момента открытия в 1999-м, сейчас полностью закрыт на 18-месячную реновацию.

Про Тристана Оэра нужно понимать, что он – апологет «тихой роскоши», чего-то прямо противоположного тому, чем являлся Burj Al Arab. Насколько отель изменится? Говорят, что не до неузнаваемости. Сусальное золото, кристаллы Swarovski и дорогой мрамор в ванных планируют сохранить. Но изменят контекст – приглушат цвета, добавят дерево природных оттенков, сделают более мягким свет. Сделают ли это новые деньги старыми? Скоро увидим.

Вы могли слышать об отелях Nômade Temple, даже если никогда в них не были: их мексиканские экодома на сваях, стоящие на уровне крон пальм, были королями соцсетей.

Но одно дело придумать велнес-ретрит в стиле бохо-шик в Тулуме и Ибице, назвав его храмом для кочевников, и совсем другое – открыть отель в центре Мадрида на Гран-Виа. Попытку можно считать успешной – от «осознанности» и «проявленности» здесь больше ушли в сторону креативности, привлекая не только творческих гостей, но и артистическую тусовку города на арт-резиденции и разного рода креативные мероприятия – под это на первом этаже есть большое пространство. Винил здесь вечерами ставят уже сейчас, а скоро откроют спикизи-бар. Так что целевая аудитория очевидна – это те, кто презирает всё сетевое и стандартное. Если же поставить за скобки весь сторителлинг про путешествие как трансформацию, то это отель с ярким дизайном, с красивым бассейном на крыше в идеально расположенном историческом здании. И, как ни удивительно для творческого отеля, звукоизоляция там на высоте.

В Казани на рубеже XIX–XX веков сложилась довольно интересная школа модерна.

Самый яркий её пример – Дом Ушковой, куда сейчас, к сожалению, попасть нельзя – он закрыт на реставрацию. Зато после реставрации открылся другой особняк, «Дом А.Пора» – и теперь это уютный бутик-отель, в котором можно поселиться.

Дом строил для себя Адольф Пор, преподававший французский язык в Императорском Казанском университете. После революции особняк превратили в коммунальные квартиры. Заметно обветшавшему дому не дали пропасть частные инвесторы, которые купили его в 2014 году и больше десяти лет восстанавливали исторический облик.

Десять не похожих друг на друга номеров с трафаретными фризами и антикварной мебелью спроектировал Марсель Искандаров. У каждого номера – свой сюжет и предмет-деталь, отсылающие к искусству и литературе начала XX века. В люксе «Портрет под лампой» это настольная лампа и лист бумаги – история о том, как Давид Бурлюк рисовал Лилю Брик, попросив её повернуть голову к свету. В номере «Галстук и заветная книга» между страниц сборника Уолта Уитмена лежит галстук Маяковского. Картины из фондов художественного училища имени Фешина на стенах номеров завершают образ богемного места. Это тот самый случай, когда отель предлагает не только ночлег, но интересный сторителлинг. Как правило, именно такие гостиницы и запоминаются лучше всего.

Между Амстердамом и Утрехтом лежит озёрный край Лосдрехтсе Плассен, ландшафт которого с высоты птичьего полёта похож на компьютерную графику.

Сотни домов здесь стоят на невероятно узких, вытянутых полосках земли посреди воды. Эти зелёные линии называют legakkers – бывшие насыпи, где в XVII веке сушили добытый со дна торф. За столетия выработанные котлованы затопило, а насыпи превратились в жилые линии среди водного лабиринта, где вместо автомобилей используют катера и байдарки.

Каждый участок шириной всего в несколько метров уходит далеко вглубь озера. Из-за такой геометрии местная архитектура полностью подчинена воде. Вместо привычных дворов тут обустраивают деревянные настилы, причалы и панорамные террасы. Многие здания в посёлках вроде Ньив-Лосдрехт или соседнего Винкевен можно арендовать на Airbnb. Гостям обычно предлагают не только жильё, а полный комплект для автономного отдыха, куда часто входит собственная моторная лодка, доски для сапсерфинга или даже дровяная сауна на самом краю пирса.

Один из самых ярких проектов Недели стекла в Венеции - Murano Illumina il Mondo. И мы непременно увидим его во время нашего арт-тура 13-18 сентября.
В сентябре–октябре аркады Старых Прокураций на площади Сан-Марко, помимо знаменитых светильников “чезенделло” (светлячок) в форме колбы, будут освещать арт-люстры. Их создают знаменитые художники, дизайнеры и архитекторы в сотрудничестве с муранскими мастерскими. В этом году заявлены Норман Фостер, Серит Вин Эванс, Бетан Лора Вуд и Пьер Шарпен.

Венеция - один из самых удивительных городов с точки зрения света: бликов водной глади каналов днем и приглушенного электрического света ночью. Эта световая магия - часть венецианской традиции. Еще в 1732 году правительство Венецианской Республики постановило ввести регулярное ночное освещение, тогда же и появились светильники чезенделло.

Все подробности тура по запросу @zapalichka. И стоит поспешить - не только у нас осталось всего несколько мест (мы путешествуем камерной компанией), но и в Венеции очень мало отельных номеров в сентябре.