🇱🇧 Ливан. Бейрут.

Несмотря на практически ежедневные прилеты ракет и дронов по Бейруту, мы провели в нем несколько дней. Старались селиться ближе к центру: где-то в глубине души казалось, что там безопаснее. Логика, конечно, так себе - в ночь нашего отъезда дрон прилетел в соседний отель в самом центре.

Все отели забронированы. В городе тысячи беженцев - с юга страны и из других районов самого Бейрута. Отель на последние две ночи нашли буквально чудом: видимо, кто-то в последний момент отменил бронь, и я успел кликнуть быстрее остальных. Позвонил подтвердить на ресепшене удивились и сказали: «Скорее всего ошибка, у нас всё занято». Через пять минут перезвонили: «Извините, ваш номер всё-таки есть».

Те, кому не повезло с жильём или у кого нет на него денег, спят прямо на набережной. Кто на матрасах от волонтёров, кто в своих машинах. Не все любят, когда их снимают в такие моменты, был даже один конфликт из-за моей съемки.

В Бейруте ощущается странная двойственность. С одной стороны - напряжение, разведывательный дрон постоянно жужжит над головой, люди на матрасах вдоль набережной. С другой - город живёт. Кафешки полные, в дорогих ресторанах прямо напротив набережной с беженцами едят стейки. Business as usual в ливанском исполнении.

Немного контекста, потому что стоит того:

До гражданской войны (а это, на минуточку, 50 лет назад — в 1975-м) Бейрут называли Парижем Ближнего Востока. Финансовый центр региона, что-то вроде нынешнего Дубая, только с европейским вайбом, миндальными деревьями и архитектурой в стиле ар-деко. Война длилась 15 лет и фактически выпотрошила город. Сейчас Бейрут — это смесь отреставрированных бутик-отелей, фасадов в дырах от пуль и стройплощадок, которые так и не достроили. Иногда всё это в одном квартале.

Намотали по городу прилично километров. Ходили по музеям, заглянули в галерею Nicolas Sursock Museum (вход за donation - кладёшь сколько не жалко). Очень хотел попасть в Beit Beirut - это здание с пулевыми отметинами, которое после гражданской войны превратили в музей памяти, - но он оба раза оказался закрыт. Третьего шанса мы давать не стали.

Прошли вдоль порта, где в 2020 году произошел один из мощнейших неядерных взрывов в истории, вызванный детонацией 2750 тонн конфискованной аммиачной селитры. Кроме остатков элеватора (на 4-м фото) уже ничего не напоминает о той трагедии.

Закат, само собой, встретили у Raouche Rock - это скалы, которые на каждой второй открытке Ливана. Классика, мимо никак.

Зашли в Hanna Mitri Ice Cream - считается одним из лучших мороженых в Ливане, заведение семейное, работает с 1949 года. Я был там 13 лет назад, и тогда мороженое очень понравилось. В этот раз - вкусно, но как-то не на 600 тысяч ливанских фунтов (≈550₽). То ли мороженое стало хуже, то ли я избирательнее. Я показал сыну хозяина старую фотку, где он, ещё подростком, накладывал мне мороженое 13 лет назад. Реакция - ноль. Может, не понял, что это я его снимал, себя-то он должен был узнать.

А про то, как мы с приключениями улетали из Бейрута, я уже писал.

📍 Бейрут, Ливан, март 2026