Автор канала @katyakatit Катя Николаева путешествует по Латинской Америке уже больше полутора лет: за это время она успела выучить испанский, побывать почти во всех странах региона и покорить самые сложные треккинговые тропы. Мы попросили Катю поделиться первыми впечатлениями путешествия, которое началось в Доминикане – и заодно рассказать, как там все устроено.

Кокосы и ром

Все первое — поцелуй, поездка, опыт — отпечатывается прямо на сетчатке: будто всегда можно вернуться в воспоминаниях в тот самый момент и прокрутить его заново. Моей первой страной в длинном латиноамериканском трипе стала Доминиканская Республика — половинка острова где-то посреди океана. Друзья, которые вернулись из свадебных путешествий, уверяли: там только отели, охранники с дробовиками у банкоматов и «Мама Люба, давай!» на пляжах. Но в марте 2017 года билет на самолет в Пунта-Кану стоил всего 11 тысяч рублей – встречай, Доминикана!

Мы с подругой Дашей собрались в путешествие довольно долго. Я так боялась уезжать, что рассказывала о нем только самым близким друзьям: надеялась, что меня отговорят. Но вместо этого моя лучшая подруга Алиса поехала с нами. Мы ничего не знали о Латинской Америке, не могли произнести ни слова на испанском, и не имели ни малейшего понятия, как мы будем выбираться с острова: денег на перелет у нас не было.

Факты о Карибах: там все танцуют, едят кокосы и пьют ром. Но это же стереотипы – или нет? Мы прилетели в понедельник, провели в самолетах почти двадцать часов. Остановились у Пабло, которого мы нашли на каучсерфинге. И он тут же потащил нас в местный клуб! Мы мямлили про джетлаг и усталость, но Пабло нашептал что-то диджею – и вот уже все трясут попами под Монатика и “Руки Вверх”: сюрприз для гостей! В таких уличных барах-кафе вечеринки проходят каждый день, и все без исключения танцуют. Тут можно встретить золотую молодежь в джинсах скинни и с копной дред, парня из соседней лачуги, а еще – “санки-панки”, особенный вид пикаперов, пытающихся развести туристок на брак и ВНЖ.

 

Посмотреть эту публикацию в Instagram

 

Публикация от Katya Nikolaeva (@mushroom_mood)

Пабло и его друг Жак оказались французами. Обоим за сорок, у Жака три итальянских ресторана в Париже, а Пабло – бизнес-ангел, как две капли воды похожий на Александра Цекало: он рассказал нам, как в Харькове и Стамбуле с ним фотографируются русские.

Пабло — любитель роскошной жизни. Если в Париже его положение подчеркивалось “Феррари”, то в Пунта-Кане для этого был Эванс — личный помощник-гаитянец. Эванс работал в одном из отелей Пунта-Каны и подрабатывал водителем. Именно он встретил нас в аэропорту на машине, привез в клуб, а потом – в кондоминиум с бассейном, который стал нашим первым домом в путешествии. В тот вечер мы с Дашей и Алисой, еще не очень понимая, что происходит, просто заснули втроем на большой кровати.

Утром Пабло щелкнул пальцами – и в дверях появился местный работяга с кокосом в руках.
– Вау, это первый в моей жизни кокос! — обрадовалась Алиса.
– А ты – первая в моей жизни любовь, – положил ей руку на плечо Пабло.

Приехали. Что нужно сделать, чтобы избежать компании назойливого француза? Сбежать. Что нужно сделать, впервые оказавшись на Карибском побережье? Идти знакомиться с океаном.

Эванс привез нас на пустынный пляж Макао. Купаться с такими волнами невозможно – только кататься на серфе. Мы зачарованно бродили по песку, знакомились с бродячими собаками и дышали соленым ветром. Стоя у кромки воды, Алиса задумчиво произнесла: “Я не пожалею, если прямо сейчас улечу обратно”. Одного прикосновения к океану оказалось достаточно, чтобы отбить двадцать часов в самолете. Мы сделали несколько фотографий, чтобы запомнить, какими белыми и чистыми мы были в самом начале – 7 марта 2017 года. Никто из нас не догадывался, когда вернется домой.

На следующий день Пабло с Жаком решили привезти нас на самый популярный пляж Пунта-Каны. От «Деспаситы» и «мамы Любы» было некуда деться, каждый встречный предлагал фото с попугаями/ром/кокосы/травку/девочку на вечер, а пляж напоминал Адлер. Зато вода – как на заставке Windows: бирюзовая, изумрудная, лазурная.

Тем же вечером французы повели нас в кафетерию Las Delicias, где ужинают и местные, и гринго. Вопреки представлениям, что рацион островных жителей — это фрукты вперемешку с морепродуктами, основное блюдо на Карибах – это курица, мясо и рис в разных пропорциях. Еще много плантанов – зеленых бананов, на вкус как сырая картошка. Мы начали с блюда “мофонго” — пюре из плантанов с маслом и чесноком. Мофонго с жареным сыром и зеленым помидором стоил 130 песо (~155 рублей), с курицей в томатном соусе – 180 песо (~220 рублей). Порции очень большие, мы взяли два блюда на троих и еле встали из-за стола. Потом мы не раз приходили сюда за смузи из папайи за 70 песо (~85 рублей) и огромными порциями курицы с рисом.

Чек-лист по доминиканской кухне:
– Смузи, соки, кофе, любую жидкость лучше просить sin azúcar (“без сахара”), потому что иначе будет слишком сладко;
– Здесь почти все жарят в огромном количестве масла;
– Пробуйте все, что вызывает вопросы. Маниока или yuca просто прекрасна, как и жижа из баклажанов с соусом сальса. Сок из сапаты похож на тыкву с папайей;
– В крайнем случае едой всегда будет с кем поделиться. На улицах тут почти никто не просит денег, но иногда скромно намекают на еду.

В путь

Пляж, кондоминиум и кокосы – прекрасно; постоянно делающий жирные намеки француз – нет. Утром третьего дня мы распихали вещи по рюкзакам, Эванс отвез нас до поворота на трассу и крепко обнял. Вручили ему на память гематоген, открытку из музея Рериха и магнитик с Питером.

Мы не знали, какой автостоп в Доминикане. Но нам нужно было проехать 110 километров до городка Сабана-де-ля-Мар, откуда ходит лодка на полуостров Самана. Там обещали китов, зелень и нетронутую природу.

Первым остановился огромный фыркающий грузовик:
— Вам куда?
— В Сабану.
— Это же так далеко! Вы не доедете.
— ???

Чуть позже мы поняли, что островное “далеко” просто совсем не похоже на российское – по нашим меркам в Доминикане смехотворные расстояния: с одного края острова до другого можно доехать всего за шесть часов.

 

Посмотреть эту публикацию в Instagram

 

Публикация от Katya Nikolaeva (@mushroom_mood)

В тот день нам удалось преодолеть треть страны за четыре часа: после грузовика нас подобрал инженер Мигель. Он высадил нас у неработающей заправки и уехал. Вместо того, чтобы подбросить нас, водители выкрикивали различные ругательства и уезжали. Мы даже успели сходить и глянуть на океан: здесь лазурными пляжами и не пахло, зато прилично пованивало. Берег был покрыт толстым слоем мусора, а в воде качалась пластиковая дребедень.

Наконец остановился пикап с двумя плечистыми темнокожими парнями. Металлическую биту мы заметили сразу, а пистолеты у ребят за поясом углядели только во время короткой остановки. Пабло рассказывал, что полуостров Самана — центр кокаинового трафика Доминиканы. Но все прошло спокойно: на прощание ребята даже вручили нам свои визитки – мы не поняли, что там написано, но слова “кокаин” не было точно.

Нас ждала поездка на лодке: сорок минут американских горок с 5D эффектами. Вода в глаза, вскрики женщин и детей, вылеты на волнах и непроницаемое лицо капитана. Пейзаж изменился: вместо шума улиц и пляжей — сочность зелени и влажность, вместо саванны – зеленые холмы и уходящие ввысь огромные деревья.

Нужно было найти место для ночлега. Нам пришло сообщение с непонятным текстом: “Of course if I did not open any problem if I like you I leave you”. Пара уточняющих вопросов, и вот уже человек по имени Нобель Гусман едет за нами на машине из соседнего городка Лас-Терренас.

Нобель в моем личном рейтинге хостов занял первое место, обойдя вписку в пентхаусе с прислугой в Бразилии, патимейкера из Сантьяго и лучшего гида по Львову. Мы тыкали пальцами во все, что видим, спрашивали ¿Que es?, а Нобель в ответ каждый раз с огромным энтузиазмом произносил: ¡Ejemplo! и разыгрывал сценку. Так мы узнали слова batidora (“блендер”), caballo (“лошадь”), sangría (“кровь”) и, конечно же, ballena (“кит”). Нобель угощал нас мороженым, водил ужинать в свой любимый ресторан – а на выходные просто уехал в столицу по делам, оставив нам ключи, запас пресной воды и кофе.

И вот мы сидим ночью на берегу и никак не можем понять, почему ковш Большой Медведицы перевернут. Я пишу заметку в телефоне, чтобы зафиксировать момент: “Очень сложно осознать, что с момента начала путешествия нет и недели. Кажется, что столько всего произошло. Столько изменилось. Жизнь осталась где-то там, в другом часовом поясе, а сейчас — сон. Сквозь мутное стекло и вату мы смотрим и слушаем Доминикану. Пока мы с Алисой только облизываем губы. Они перманентно солёные. И это – единственная точка опоры.”

В марте киты еще докармливают детенышей в теплых водах, и мы хотели посмотреть на это чудо. Нашли на причале какого-то мутного мужика, обещавшего отыскать для нас самку с детенышами за 30 долларов. В Пунта-Кане такой тур продавали за 300. На хлипкой лодчонке нас вывезли в открытое море. Все затаились: когда глохнет мотор, киты начинают подплывать ближе. И вот – одна спина. Вторая. Киты больше нашей лодки, больше катера, больше всего, что я когда-либо видела в жизни.

– Это китенок!
– КИТЕНОК?!
– Да, смотри, а вот и мама! – на нас двигалось что-то размером с крейсер “Аврора”.

Кажется, что в лазурной глубине разлили чернила. Киты уходят, проплыв прямо под кормой. “Да… – протягивает Алиса. – Так странно, что во фразе “я мечтаю увидеть китов” больше нет слова “мечтаю”.

Большая медведица

Утром мы купались в океане, а вечер встретили в глубине острова – в бывшей столице Сантьяго-де-лос-Трейнта-Кабальерос. День выдался тяжким. Город на пути с громким названием Сан-Франциско на деле оказался трущобой, которую нам пришлось пройти насквозь. Восемь километров сквозь липкие взгляды, свистки, чмоки и попытки полапать наши все еще белые тела. Вслед постоянно неслось что-то про “американас”: резко повернувшись, мы хором заорали: “Но американас! Русас!!!” Моего испанского хватало, чтобы разбирать всякие грязные словечки; бледнокожую Алису кто-то обозвал leche condensada – “сгущенка”.

Говоря про домогательства в Доминикане, я вспоминаю историю одной португальской девушки. На пляже в Лас-Терренасе к ней подошел слепой и дряхлый продавец кокосов. “А ты только приехала? Сальсу еще не танцевала? Пойдем, я тебя научу!” – и слегка смущенная Соня пошла со старичком к воде. Через минуту странных притопываний она посмотрела вниз: божий одуванчик засунул руку в трусы и мастурбировал, придерживая Соню другой рукой за талию.
– Какого..? Ах ты, старый извращенец! Я сейчас уйду, и ты никогда не выберешься на берег один!
– Подожди, дай мне хотя бы кончить!
– Да ты серьезно, дед?! Я пошла!
– Нет, стой, стой! Я ничего не вижу! Я утону! Выведи меня! — и Соня сдалась, брезгливо вывела дряхлого плейбоя из океана.

Наконец Сан-Франциско закончился, и остановился пикап с тремя парнями. Водитель пил ром за рулем – к этому мы уже привыкли. Между сидений виднелся силуэт огромной винтовки. Мы приехали, пикап остановился в центре города. Один из парней отозвал меня в сторонку и наклонился к уху:
– Я видел, как вы смотрели на оружие.
У меня спирает в груди. Он подмигивает:
– Но мы же вас привезли, никто не пострадал, верно? Так что скажи своим подружкам, что мы просто секретная полиция. Так всем будет спокойнее.
Парни машут нам руками и уезжают.

В Сантьяго нас снова ждал каучсерфинг — стиляга Дэниэл в ту же ночь позвал нас на день рождения своей подруги. Алиса устала, но мы с Дашей были готовы к первой карибской вечеринке. В огромном доме везде что-то происходит: внизу бар, на кухне – остатки еды, на крыше курят травку, болтают и танцуют. Марихуану в Доминикане курят все, каждый день и по нескольку раз. Ближе к утру домой вернулись родители девушки, покурили с ребятами и заказали пиццу на завтрак.

 

Посмотреть эту публикацию в Instagram

 

Публикация от Katya Nikolaeva (@mushroom_mood)

Мятым утром мы снова вышли на трассу: нужно двигаться в сторону порта и попробовать найти яхту, чтобы покинуть Доминикану морем. Куда? Да куда угодно. Багамы, Куба, Ямайка. Нам просто нужно двигаться дальше. Водного общественного транспорта тут нет. Билет на самолет в любую сторону стоит минимум 300 долларов.

По пути решили заглянуть в Кабарете, серферский рай. Здесь длинноволосые калифорнийцы ловят волну, россыпь веганских кафе и очень широкий пляж. Наш хост Пабло пишет, что застрял в столице, и дает какие-то странные указания: идите три километра по ночному берегу во время прилива, и вы найдете огонь. У нас нет других вариантов, и мы идем. Через несколько километров мы и правда находим огонь – и это настоящий ведьминский костер. Пламя охраняет Марселло – чудаковатый эко-активист, вручную очистивший 14 километров пляжа от мусора.

Мы не взяли воды: пришлось сбивать кокосы. Босиком, в одной руке мачете, в другой – айфон с фонариком. Настоящая пина-колада? Марселло наливает доминиканский ром прямо в кокос. Мы засыпаем на пляже под открытым небом.

На следующий день мы встречаемся с Пабло, который нас сюда отправил. Новый хост – хозяин своей фермы с органическими фруктами, овощами и какао, организатор эко-движения. Он живет в полузаброшенном доме с огромным псом Ганди, который сразу же навел беспорядок в девчачьем царстве: съел мою овсянку, украл и спрятал очки (а как вообще найти очки без очков?), разодрал Алисину косметичку и гордо удалился с прилипшей к спине прокладкой. В доме не было воды, поэтому мы чистили зубы из стаканчика, а мыться ездили на пляж.

Пабло уговорил нас остаться еще на денек, и мы поехали на ферму его друга-американца Джонатана, который променял свою счастливую жизнь на простое фермерское приключение. Он строит эко-систему и отдает половину урожая местным жителям. Джонатан надеется, что после его смерти эта ферма сможет кормить людей в течение 300 лет.

Я с замиранием шепчу:
– Здесь так красиво…
– Я чувствую это, только когда делюсь с другими. — улыбается хозяин.

Ром на льду, домашняя паста, уроки бачаты, а потом чья-то рука небрежно ложится на талию: приходится снова сбегать, на этот раз – от опьяневшего фермера. Мы лежим с Алисой в кузове, делим наушники на двоих и слушаем “Give me a reason to love you”.

Завтра мы будем пытаться уплыть с острова. Мы будем прятаться от гаитянца со стволом, почти продадим Дашу за билет на Кубу и поверим в законы Вселенной. А пока над головой — перевёрнутая Ursa Major. Шутим с Алисой, что если об этом путешествии когда-нибудь снимут фильм, он будет называться именно так — “Большая Медведица”. Мы касаемся друг друга плечами, смотрим в небо, в плеере переключается трек.

“Танцуй, волна бежит на берег,
Волна бежит и что-то бредит
Танцуй, звезда летит за ворот
И ковш на небе перевернут”.

Текст: Катя Николаева,

Фото: Катя Николаева. 

ПОДЕЛИТЬСЯ

1 КОММЕНТАРИЙ

  1. Странно так… читаю текст лёжа на песке маленького дикого пляжа на восточном побережье Флориды и ощущаю солёные брызги океана … почти полное погружение в текст … А над головой всё та же Большая Медведица ….

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ