Отправился на несколько дней в Дубай — проведать наш филиал Wind Rises в Персидском заливе. Все-таки когда едешь на блестящем такси по блестящим мраморным шоссе Дубая, не дает покоя немой вопрос — откуда все это взялось и как вообще это возможно.

Если разобраться, Дубай — довольно очевидный наследник идей арабских торговых империй. Идея родилась еще в позднем железном веке. Мы мол встретились на перекрестке всех шелковых путей, сюда пришли все самые большие караваны, торговцы всех мастей свозят сюда золото, алмазы и специи, деньги оседают в городе, и золотые его башни сияют ярче всех на свете, а мудрый правитель устанавливает правила честной торговли. Так получается цветущий оазис в пустыне, о котором купцы привозят домой невероятные истории. А разнорабочие со всего мира спешат туда на заработки, потому что там платят чистым золотом. Это своего рода арабская мечта, которая куда старше американской — а значит вероятно и крепче.

Таких городов из истории Ближнего Востока мы знаем массу. Мы также знаем о них еще кое-что — почти все они, просуществовав несколько веков, превратились в пыль. А купцы разбежались в разные стороны, чтобы встретиться снова на каком-то другом перекрестке. Но об этом мы поговорим как-нибудь в другой раз.

Итак, Дубай — это все-таки мифический оазис. Не то из учебников истории, не то из сказок, не то из будущего. Просто все атрибуты пришлось придумать заново. Дивные шелка заменили на Луи Витон, алмазы стали крипто-валютами, факиры — местными диджеями, караваны верблюдов превратились в Эмирэйтс, а сверкающие купола теперь сверкают с верхних этажей небоскребов. Даже удивительные истории о сказочном оазисе в пустыне купцы продолжают привозить домой: например, о том, как лед для коктейлей сюда возят прямиком из Гренландии.
Дубай успел переизобрести и переосмыслить невероятное число микро-элементов своей же культуры, но, кажется, забыл об одном из самых главных — я, конечно, снова о парусе.

Все-таки именно благодаря парусам и лодкам дау арабские купцы превратились в могущественную империю. Под парусом торговали, возили и алмазы, и истории, ловили рыбу, переправляли рабов, послов, царей, под парусом ныряли за жемчугом и открывали новые территории. А потом просто вычеркнули его из списка необходимого, пока прокладывали свои сверкающие шоссе.

Неважно, как мы с вами относимся к этому оазису в пустыне, но снова сделать парус частью его домашней городской культуры — невероятно интересная задача. И мне она безумно нравится. Наверное, интереснее всего развивать наши же идеи, опираясь на голос города, в котором мы оказались.

Мы в Wind Rises не только пытаемся добраться до огромной аудитории, но и диффузируем в городскую жизнь: например, участвуем в городских фестивалях, которые раньше парусных лодок не видели никогда. Но есть на этом пути уже и примеры, когда идея такой диффузии работает сама на себя. Одна из фотографий выше — реклама Visit Dubai на альпийском курорте Мон-Блан, которой власти Дубая говорят буквально следующее: «Приезжайте в наш дивный оазис, у нас теперь карбоновые паруса на фоне Бурдж Халифы». С такой идеей они пришли к нам сами, чтобы снять этот кампейн, а потом без нашего ведома повесить огромные плакаты в Альпах.

Искренне верю, что в какой-то момент парусные лодки снова станут одним из символов Дубая. Чтобы паруса на фоне оазиса в пустыне были таким же символом, как и сверкающие золотом башни, если уж мы все верим в одни и те же сказки: и про Алладина, и про Синдбада Морехода.