ПАЛЕХ

На въезде нас встречает стела с жар-птицей. Значит, мы приехали в Палех, самое творческое место Ивановской области и, пожалуй, центральной России.

В словаре Брокгауза и Эфрона писали, что в конце 19 века при населении в 1400 человек «250 мужчин и 120 подростков» занимаются «писанием икон». Иконописное дело тут было развито еще в 17 веке. Сам Палех впервые упоминается в 1618 году.

В 1760-1770-е годы построили Крестовоздвиженский храм, дивно украшенный местными мастерами. Обязательно зайдите в церковь, чтобы прикоснуться к палехской истории. После революции иконописцы вынужденного искали новые ниши и стали заниматься лаковой миниатюрой. Мстера, Палех и Холуй не соревнуются, а дополняют друг друга.

Считается, что сейчас в Палехе работают около 600 художников. Каждый восьмой житель поселка занимается искусством! Палех не зря прозвали «селом-академией». Открыты многочисленные выставочные площадки и музеи: иконы, лаковой миниатюры, И.И. Голикова, Н.М. Зиновьева, П.Д. Корина, Н.В. Дыдыкина. Ждет гостей мастерская «Палехский иконостас».

Палех выглядит ухоженным: деревянные избы с резными наличниками соседствуют здесь с современными арт-центрами. В последние годы тут осветили улицы, благоустроили сквер возле Крестовоздвиженского храма, стали проводить сельскую биеннале современного искусства «Преображение», объединяющую традиционные промыслы и модные форматы.

Художник Павел Корин говорил: «Осенью приедешь к себе в Палех. Дождь, грязь невозможная. Мать пельменями накормит, чайку попьешь, ляжешь на печь на овчину. Пахнет знакомо. Сухим горячим кирпичом. Кот в ногах лежит. Лежишь и думаешь: вот тут есть, действительно, пуп земли. Нигде я себя так хорошо не чувствую, как в Палехе».

Название "Пешелань" я впервые встретил в интернете лет 20 назад, и к тому времени уже краем глаза видел Арзамас проездом в Дивеево. Мысль о том, что рядом с городом есть открытая для экскурсий действующая гипсовая шахта, выглядела явным поводом сюда вернуться, и в общем - грела душу странствующего краеведа много лет. На самом деле Пешеланский гипсовый завод - действительно один из первопроходцев промтуризма в России: Пешелань Тур занимается этим с 2006 года.

Но хотя в прошлых частях я рассказывал об узкоколейках Пешелани на поверхности и под землёй, всё же это - лишь подходы. Экскурсии здесь организуются не на действующее производство (забой - место опасное, и туда даже у начальства не у всякого есть пропуска), а в Музей горного дела, геологии и спелеологии, расположенный в действующей шахте. Благо, места для него в избытке: шахта разрослась с 1933 года до 180 километров ходов, панелей, блоков и камер, и добыча ведётся лишь в дальнем углу за 5 километров от входа - всё остальное просто выработано. Отгородив несколько камер, Пешеланский гипсовый завод устроил там экспозицию.

Вся экскурсия, с подходами, длится часа 1,5. На проходной выдают каски и фонарики (обязательно), спецовки и ботинки (по желанию и в общем для красоты - в шахте чисто и не слишком холодно). С гидом нам особенно повезло - группу водил Юрий, не только любитель чёрного юмора (столь уместного в подземелье!), но и постоянный сотрудник шахты: экскурсии водить - подработка, а вообще-то он взрывник, а потому и рассказывает о шахте со всем знанием дела.

Музей действительно велик - несколько залов о производстве, о горных породах, о динозаврах, о спелеологии и о пещерных людях, а напоследок - ещё и галерея всяких подземных ужасов, которая явно зайдёт подросткам. Всё впихнуть в 10 фото ВК нереально, так что далее - в подписях.

1. До 1950-60-х породу вывозили лошадьми, жившими до конца своих дней в подземной конюшне: привыкнув к мраку подземелья, на свету они сходили с ума. Рабочие жалели животных, и иногда выводили их гулять безлунной ночью.
2. Вот так расширяют горизонты. Днём работают бурильщики - раньше ручными бурами, сейчас, конечно, электрическими. Ночью, с 19 до 5, их сменяют взрывники - на стенах видны "обожжённые стаканы" от аммонала-200 с химзаводов Дзержинска. Зал музея ("камера") выбивается в среднем около месяца.
3. Породопогрузочная машина ВС-15
4. Гипсовый керн на просвет
5. Продукция Пешеланского гипсового завода
6. Свисающая с потолка гиря отмечает "маркшейдерскую точку" - такие позволяли ориентироваться по геологической карте, соотносить её с местностью.
7. Гипсовая статуя Хозяйки Подземелья
8-9. Вход в галерею "Река ужасов"... и нет, вам не придётся идти по шаткому мосту - там не провал, а неподвижная зеркальная вода.
10. Художественные промыслы Нижегородчины - не только в Заволжье. На юге области есть Борнуковская пещера, а из добываемого в ней ангидрита с 18 века местные мастера резали всякие фигурки и игрушки. Теперь камнерезная мастерская "Борнуковская пещера" также принадлежит ПГЗ.

Мои друзья из Палеха 13-15 марта проведут очень насыщенный тур по поселку. Познакомят с лаковым и строчевышивальным промыслом, устроят мастер-класс в избе, познакомят с художниками, напоят чаем из самовара, покажут живописные окрестности и храмы, мастерские и галереи.

Отличная возможность сбежать из Москвы на выходные, зарядиться от тех, кто развивает глубинку, потрогать мартовский снег.

Программа и контакты для брони тут: https://disk.yandex.ru/i/kzCjrk5UnRkKUg

В апреле в Лос-Анджелесе открывается новое здание LACMA — David Geffen Galleries, которое строили двадцать лет и которое всё это время активно критиковали.

Архитектор — швейцарец Питер Цумтор, лауреат Притцкеровской премии. Директор музея Майкл Гован выбрал его единолично, без конкурса. Критики окрестили проект «амёбой, поглощающей Уилшир» и «архитектурным самоубийством» — критик LA Times получил Пулитцеровскую премию за разгромные колонки о проекте. Бюджет вырос с $650 до $720 млн, из которых $125 млн — деньги налогоплательщиков.

Амёба или нет – это дело вкуса, в построенном виде проект выглядит гораздо лучше, чем на этапе проектирования. Но содержательные претензии были серьёзнее эстетических. Ради нового здания снесли четыре исторических корпуса, в том числе один из лучших кинозалов города на 600 мест. Крупнейший жертвователь — фонд Ахмансона, передавший музею искусства на $130 млн, — отказался от дальнейших даров, опасаясь, что постоянная коллекция уйдёт на второй план в пользу временных выставок и мероприятий. А площадь для экспозиций и вовсе сократится на 33%.

Здание, тем не менее, построили. Оно перепрыгивает через бульвар Уилшир — под мостом едут машины, над головой висит искусство. Стеклянные стены не дают забыть, что ты в Лос-Анджелесе. Внутри — Рембрандты, импрессионисты и тысячи доколумбовых артефактов, годами лежавших в запасниках. О сейсмической устойчивости здания его директор Майкл Гован говорит, что когда-то это будет самое старое здание в городе.