Дикая история. Российские путешественники и журналисты Александр Федоров и Елена Срапян почти три недели находились в своеобразном "плену" в поселке Ля Эсмеральда в венесуэльских джунглях. Они прибыли туда на лодке по реке Ориноко, чтобы изучать индейцев яномами, а вот выбраться не могли никак: не было ни лодок, ни бензина для пути обратно по реке, а самолетами летали только военные, и они отказывались брать на борт россиян.
UPD. На 20 сентября 2017 ребята все еще не улетели, даже не смотря на помощь посольства (и даже у посольства не с первого раза получилось договориться с военными). Ребята ведут дневник своего невольного заточения в телеграм-каналах @badplanet и @muyviajera. Цитируем некоторые посты Александра из @badplanet:
17 августа
- А ты Евангелист? - Нет, - говорю - Пьешь? - Ну русские пьют, я стараюсь поменьше - Ну так а мы пьем, как твоя раса. Индейцы приняли нас к себе на борт, и завтра в 7 утра они отправятся в 5 дневное путешествие вверх по Ориноко. Они повезут станки для выжимки маниока, и уже серьезно пьяны. Я волнуюсь. Хоть нам и сказали, что разрешения для посещения верхнего Ориноко нам не нужно, военные могут при****ся (задавать лишние вопросы) без причины. Так всегда. Но с нами стопка индейцев. Они согласились нас взять бесплатно. Но всегда могу попросить бабло. В общем, мы в подвешенном состоянии и готовы отправиться куда глаза глядят, лишь бы подальше от этого стремного города (Сукре - прим. ред.). Верьте, и у нас все получится. С собой бутылка рома, мы не трезвели 2 дня уже и посетили все офисы. Мы готовы отплыть. Иншалла нам повезет в этой стране беззакония.26 августа. 9 дней спустя
Мы 6 дней плыли по Ориноко в абсолютной глуши. Выглядело все примерно как если ехать на поезде в Сибири. Вокруг лес лес лес лес лес лес. И уже тошнит от него, но вот начинается закат, ты сидишь на носу лодки, тарахтит двигатель, цвета становятся сочнее, вылетают попугаи, джунгли начинают звучать и трещать, а лодка как раз подплывает поближе к лесу. И тут из-за горизонта появляются тепуи, и ты оказываешься в затерянном мире.
Это наш первый тепуй на пути. Тепуй - это столовая гора из осадочных пород. В общем, это такая несуразная штука из камня посреди равнины. От того и безумно красива.
Спать в лодке приходится в гамаках. А нам с Леной так вообще на полу. Гамака-то нет. На фотке с нами семейство индейцев яномами. Очень важные попутчики, которые снабжали нас едой и воровали нашу воду.
С едой мы сразу попали в проблемы. Дело в том, что никто нам так и не объяснил ничего. Готовить в лодке нельзя, воды нет, еды нет. Несмотря на то, что мы взяли запас воды из магазина, он кончился на 3ий день, а одну бутылку у нас просто кто-то утащил. Поэтому мы решились - пьем из реки. Из Ориноко, куда выкидывают весь мусор индейцы и прямо так срут. В общем, пока живы, хоть я и пережил пятидневный понос на лодке.
Это несколько копченых пираний и половина каймана (маленького крокодильчика). Они нам достались за канистру бензина, потому что тут ты платишь либо сигаретами либо бензином.
Но самое крутое - это каждый вечер пртчаливать к деревням индейцев на ночь. Здесь живет где-то 10 национальностей индейцев. А мы были в деревнях пиароа, яномами и якуана.
Это деревня яномами. Вечером я устраивал беседы и рассказывал про снег и Россию.
Это Ля эсмеральда. Самый большой поселок на пути. Здесь всесте живут индейцы якуана и яномами и еще венесуэльские военные с огромным самолетом.
Ля Эсмеральда на Google Maps
Так выглядят современные дома яномами. Из этого поселка пишу вам прямо сейчас.
А так выглядим мы с Леной. Кровожадные мухи пури-пури напару с комарами не оставили на нас живого места.
Но есть и приятные новости с фронтов венесуэльской фауны. Однажды к нам в палатку наведался крошка тапир. Индейцы их держат вместо котиков и собачек. Тапир хорошо приручается и страшно любвиобилен.
В общем, добро пожаловать на самый отдаленный клочок земли в мире - в верховья реки Ориноко. Ближайшая дорога от вас в 600 километрах. Наслаждайтесь!
Только что мы увидели нечто, что в голове не укладывается. Представьте, вот мы в пяти дней пути по Ориноко, где и еды то хрен найдешь и пить приходится из реки. И тут нам сказали, что докинут нас быстренько до следующей деревни. Знаете, что за транспорт за нами приехал?
Это яхта, блин!
7 сентября. 12 дней спустя
Давно не виделись! К этому дню мы успели застрять в деревнях индейцев яномами, выбраться с трудом на катере с то и дело ломающемся двигателем, чтобы вкрай застрять снова в столице округа яномами - поселке Ла Эсмеральда, где базируется венесуэльская авиация и несколько общин индейцев. Здесь начинается другая наша история, которую мы будем рассказывать за чаем друзьям. Это не рассказ, как мы жили с индейцами, а целая повесть о судьбе страны в глубоком кризисе. Из-за нехватки топлива, отсутствия транспорта и запрета военным пускать нас на самолет, мы попали в райскую ловушку. Мы уже неделю мы живем на собственном "необитаемом острове" в джунглях Ориноко, ограничены в еде привозными консервами и сигаретами, ограничены в перемещениях хребтами тепуя Дуида с одной стороны и джунглями с другой, ограничены в общении - нашим самым приятным собеседником оказался полковник и начальник авиабазы. Не похоже что мы выберемся отсюда скоро, но давайте я начну рассказ по порядку... К яномами мы приехали с ветерком. Мы знали, что в общинах дела обстоят плохо, еды мало, вода из реки и кишит бактериями. Миссионерская церковь, которую мы х***м (обижаем) время от времени все же помогла нам. От них мы узнали, что люди здесь умирают от излечимых болезней: малярии, апендицита, инфекций, а самым популярным врагом здесь оказался туберкулез. В общем, при всех данных, задерживаться на месте не хотелось. Получить любое из этих заболеваний на расстоянии от врачей значило, что либо придется умереть либо проделать серьезное приключение на каноэ в поисках помощи. Мы поехали...
Мы делали пересадку в поселке Окамо, чтобы дальше по Ориноко, лавируя между общинами. На карте общины помечены зеленым. Но нам не повезло, и дальше мы не уплыли.
Так сложилось, что говорить о жизни индейцев невозможно без того, чтобы не говорить о той заднице, в которой сейчас Венесуэла.
Так оказалось, что в Окамо, куда мы попали, больше нет лодок, нет бензина, а жители говорят, что теперь ни лодок не бензина не будет до самых истоков Ориноко.
Сам Окамо переживает упадок - цивилизация ушла отсюда. В городе осталась школа, которая пока-что не работает, корпус врачей, который тоже простаивает, даже церковь миссионеров пустая. А ведь миссионеры уходят последними.
Главная проблема как Окамо, так и всех поселков по пути к истокам Ориноко - невозможность спасти больных. В день нашего приезда человек умер от аппендицита. Он просто не успел доехать до врачей. Несмотря на индифферентное отношение к смерти в селах индейцев - они привыкли - отец готов несколько дней везти больного сына на долбленой лодке до врача.
Учитывая, что смертельно больному не повезло выбраться отсюда вовремя, мы подготовились к самому печальному сценарию - изучать и снимать яномами нам придется не в традиционных общинах, до которых оставалось несколько дней пути, а прямо здесь - в интегрированной, где почти не ходят в повязках, а главное - не живут в традиционных очень "космических" домах шабоно.
На следующий день индейцы устраивали похоронный обряд - оплакивание. Нас пригласили посмотреть. И тут мы поняли, что несмотря на провал, нас ждет много интересного.
10 сентября
12 сентября
А вчера нас не пустили лететь на частном самолете за деньги. Мы как всегда упаковали вещи с утра - мы каждый день так делаем. Медики сказали, что они контрактовали частный самолет, который доставил лекарства в отдаленные поселения яномами и теперь возвращался пустым. Это был наш последний шанс улететь без вмешательтва военных. Полковник сказал, что мы сможем улететь. Я уже договорился и протягивал пилоту небольшую сумму. Наконец-то мы улетим. Но не судьба. К нам подходят трое военных во главе с одним мерзким жирдяем, который доставал нас последнюю неделю и начал насмешливо требовать разрешения. Я был вне себя от ярости. "Мы полетим, и все, ваш блин полковник разрешил". Но ответа не последовало. - Разрешение? - Да, *****, полковник сказал мне сесть на этот самолет. Ваш же, *****, полковник. Пока никто не собирался и пошевелиться, особенно потому, что полковник уже уехал. Мы с врачами начали судорожно ему звонить, но это же Венесуэла. Тут дозвониться человеку просто так невозможно, он почти всегда вне зоны доступа, даже если стоит под вышкой. Самолет улетел без нас. И уже вечером нам сказали, что полковник разрешил. Но было поздно.
13 сентября
Мы две недели в полузаключении в прекрасном городе Ля Эсмеральда - символе вообще всей Венесуэлы. Военные отдали приказ выгнать нас отсюда по воде и ни в коем случае не сажать на самолеты. Но по воде нет транспорта, потому что нет бензина. А бензин привезут как раз к выборам губернатора, чтобы доставить людей туда, куда они хотят уехать и заодно к избирательному участку. Волей неволей в Ля Эсмеральде собралось несколько общин индейцев и много венесуэльцев. Все хотят куда-нибудь уехать и ждут месяцами транспорта. Каждое утро мы начинаем с хождения за водой. Ни питьевой, ни для мытья тут нет. За питьевой идти минут 10, и ее лучше набрать, пока не поднялась дневная жара. У нас есть душ, раковина, туалет в доме. Но ни одно из этих прекрасных изобретений не работает и никогда собственно не работало.
Так выглядит наш дом. Мы поселились с группой кубинских врачей, которые работают здесь по обмену. Жалко, но им тоже сложно отсюда уехать - их тоже возить не хотят несмотря на их благотворительность
Затем я иду общаться с военными из порта. Они живут в крытой соломой современных хижинах.
- Видели лодки?
- Нет.
- Вообще ничего? Даже вчера?
- Вообще ничего.
За военными сразу тянется поселок. Он начинается с очень приятной в тропическом смысле хижины магазина, у которой тусят главные сплетники. Дело в том, что в магазине - общественный телевизор для привлечения индейцев, скамейки и офис по продаже билетов на лодки. Офис - это мерзкого вида жилой дом из серого кирпича с грязными ржавыми листами металла вместо дверей. Он занимает важное место в цепочке распространения сплетен, особенно о приезде транспорта.
15 сентября
Вся истерия в Ля Эсмеральде наступает, когда прилетает огромный грузовой военный самолет "Геркулес". В день прилета улицы полны сплетен. Люди тычут друг другу самолетом, говоря, что сейчас ты мол улетишь. Другие угадывают время прилета. Здесь любят вообще сказать все, что в голову придет. Так я слышал варианты в 10 утра, в обедик, разумеется, вечером и, как обычно, что на следующей неделе. Любой встречный не удержится, да и расскажет тебе, что летит самолет, и все мы на нем улетим. Вообще, такое позитивное и раздражающее русского пессимиста мышление я уже видел на автобусных станциях Венесуэлы. Мне выдвигали десятки теорий о времени отправления автобусов. И все - ложь. Лишь потому, что здесь все отправляется "Хрен знает когда, если вообще отправляется", а не по расписанию. И люди это знают, хотя напрочь отказываются верить. Так дела обстоят и с самолетом, так радующим каждого жителя Эсмеральды от заезжего в гости креола торговца и искателя золота до местного индейца. А дело вот в чем: "Геркулес" выполняет задания армии и привозит военным бензин, еду и скучающих дома жен. Раньше геркулесом возили местных из Пуэрто Аякучо в Эсмеральду. Буквально грузили всех в багажное отделение, из которого состоит самолет и скатертью дорога. Но теперь военные пересмотрели свою политику и решили, что местным пора приучаться к обычному, а не халявному транспорту. И сделали они крайне не вовремя. Оказалось, что во время кризиса в Венесуэле из Ля Эсмеральды просто нет общественного транспорта, и я тому живое подтверждение. Военные пересматривать решение не стали, приказ есть приказ. А местные все еще не могут отвыкнуть, потому что они тут застряли. Каждый раз, когда прилетает самолет, они собирают всю свою семью, вещи, багаж и идут проситься в самолет. Многие так живут месяцами. У них давно нет денег, они ловят рыбу и перебиваются своим любимым блюдом - бульоном с маниоком. Но каждый раз, когда прилетает "Геркулес", начинается праздник, люди поздравляют друг друга и уже видят, как они летят в город. Я был страшно зол каждый раз, когда мне приходилось доказывать, что мне запрещено лететь, да и их тоже не возьмут. Но злость прошла вскоре. Просто здесь так надо - дать надежду здесь и сейчас в самой безвыходной ситуации. Надежда из обмана лучше бесконечного отчаяния, в котором погрязла страна.
Вот вид на полосу и нашу любимую башню диспетчера, где мы пьем утренний кофе. Жалко, закончился сахар :(
Ну и мой самый любимый вид. Для этого я забрался чуть повыше. Буря, которая меня через полчаса накрыла, создала волшебный свет. И это с телефона, жду не дождусь когда увижу результат с камеры.
Венесуэла - страна обещаний. Здесь все привыкли обещать и привыкли к тому, что лучше удовлетворить сиюминутную потребность человека не терять надежду, чем что-то делать. Иногда это доходит до откровенной злости. В моем случае, конечно.
Вчера вечером мэр, которого очень заботила наша ситуация сказал, что поможет нам уплыть на лодке с ним. Нууу как сказал, мне сообщили, что мэр сваливает, и мы пошли его доставать. Он вряд ли вообще ожидал помогать, но согласился. Отправляется мэр через 2-3 дня, как всегда расплывчато.
Представьте, какое удивление было у нас сегодня, когда мы узнали, что не успел мэр дать свое обещание, как сел на лодку и быстренько уехал один.
Мы уже не верили губернатору, который несколько дней нас уверял, что он на одной ноге с команданте и быстренько его уговорит. Прошла неделя, больше мы о нем не слышали.
Вот так рушатся надежды. А между тем мы уже неделю общаемся с посольством, которое тоже похоже встало в тупик.
17 сентября
17-ый день заключения. Позавчера. Нам пришлось укоротить время работы нашего генератора на час. Еще неделю назад мы пользовались генератором кубинцев два раза в день. Днем с 13 до 15 часов и ночью с 19 до 3х ночи. Тут нет других источников энергии. Только генераторы. Дело в том, что генератор дает нам кондиционер - главный предмет быта венесуэльца. В тропиках такая жара, что любые дневные подвижки заканчиваются градом пота. Собственно с 11 до 19 часов дня ни один ярый искатель приключения и морду из дома не высунет. Солнце беспощадно. А поскольку наш дом современного дизайна, то за день он нагревается как адская печь. В нем заколочены все окна. А спать с открытой дверью ночь равносильно самоубийству из-за армии комаров, беспощадно атакующих выступающие из под простыни части тела. Бензин для генератора из-за блокады начал заканчиваться. А цена за литр в поселке поднялась до европейской. Более того, продавцы в конце концов решили брать только золотом. Чтобы сэкономить энергию, мы отказались от дневного электричества и могли охладиться только ночью, спасаясь от комаров. Пришлось мыться по 5 раз в сутки и привыкнуть к укусам мерзких дневных мух пури-пури. Мыться оказалось тоже непросто: воды-то нет. Но вчера пришлось пойти на отчаянный шаг и урезать ночное время. Дело в том, что с 7ми до 8ми - это такое время, когда еще не улетели кровожадные пури-пури и уже прилетели не менее кровожадные комары. Высидеть час в ожидании чуда на улице непросто. Дом - как печь, а на улице - кровососущие монстры. Мы кричали песни Ленинграда как могли, чтобы справиться. Мы угнетены. Очень сильно! 18ый день заключения. Вчера Яномами сперли аккумулятор у нашего генератора. Стоит ли сказать, что в этот момент наш боевой дух упал до нуля и оставил нас с апатией и гнетущим желанием распроститься с тропиками и племенами навсегда в своей жизни. Узнали мы об этом ночью, когда комары к нам уже присосались. У нас закончилась последняя третья банка спрея. Через час нам одолжили аккум. Но осадок остался. Разумеется, с осадкам осталась необходимость поиска нового аккумулятора. Но поскольку я в этом не разбирался, то задача упала нашим соседям кубинцам. А они перекинули ее военным. Так что к обеду следующего дня у нас собрался серьезный консилиум. Люди вели расследование. 19ый день заключения. Сегодня. Ура! Кажется, посольство нам помогло. Улыбающийся и до странности теперь вежливый полковник сказал, что во вторник мы, наконец-то, сможем улететь. Вывезут нас на военном грузовом самолете "Геркулес". Отметить тут нечем, из еды только консервы. Так что мы накупили сигарет. Вообще, сигареты были единственным светом в конце туннеля и нашими спасителями все эти дни. В последнее время из-за того, что финансы подходили к концу, а мы еще рассчитывали поймать частный самолет, мы начали экономить на них. Но теперь гуляй рванина. В итоге, ко вторнику будет три недели нашего "плена". Мне понадобится дорогой отель с бассейном где-то в Колумбии и хороший интернет, чтобы забыть об этом мраке. А пока нас ждет долгая дорога до границы.18 сентября
Нас поздравляют солдаты, поздравляют жители Ля Эсмеральды. Многие даже и не заметили ничего, потому что всегда были уверены, что мы можем улететь с военными. И без разницы, что я им втолковывал по сто раз в каких мы проблемах погрязли. Для них улететь сегодня или через три недели - это как в один день. Но я про чувство времени индейцев еще расскажу, когда начну про быт яномами писать. Как гимн прощания попробую загрузить еще несколько снимков Эсмеральды. Хотя я и буду скучать и рассказывать друзям бравурные истории, я страшно рад уехать.
О приключениях в Венесуэле, предворявших поездку в джунгли, читайте в канале @badplanet. Для "Самокатуса" Александр и Елена сделали мини-гид по странам Центральной Америки.
Комментарии