“Мы переводили в ноты сигналы ЭЭГ”: я изучаю нейрокомпьютерные интерфейсы в Сингапуре

0
Василиса Мишугина уже четыре года учится в аспирантуре Наньянгского Технологического Университета в Сингапуре и ведет авторский канал @lion_fish, где пишет о местных нравах, синглише и эмигрантской философии. Мы расспросили Василису о том, легко ли поступить на радиоэлектронику, если ты девушка, и как не бояться подаваться на исследовательские программы далеко от дома.

Я из города Речица, Гомельской области в Беларуси. Маленький город, в котором живут всего сто тысяч человек, месторождение нефти. Там я закончила школу и лицей, а потом уехала в Минск. В школе было сложно. У моего дяди была психическая патология, все его знали, и меня быстро начали травить. Мама вовремя среагировала и перевела меня в другую школу, подальше от дома. Там про дядю моего никто не знал, и я быстро стала отличницей.

Моя мама – преподаватель игры на виолончели, а папа – инженер-электрик. Отец вечно что-то паял и чинил, так что все, думаю, пошло от него – например, когда мне было 12 лет, я впервые сама починила радиоприемник. И мне понравилось. Папа учился в Белорусском государственном университете информатики и радиоэлектроники (БГУИР), там же учился брат, и я решила перенять традицию.  

Несмотря на техническую специальность, в университете я совсем не сталкивалась с сексизмом – то ли дело во мне, то ли действительно попадались отличные люди. В моей группе были всего две девочки, но все относились к нам с уважением. У меня даже такой мысли в голове даже не было никогда, что есть какая-то разница – радиоэлектроник ты или радиоэлектронщица.

В 2001 году, на третьем курсе, я впервые уехала на стажировку: сначала по обмену в Польшу по образовательной программе Study tours to Poland, а потом – в Сингапур на летнюю Summer Research Internship в Наньянгском Технологическом Университете (НТУ). Польша мне очень понравилась – как Беларусь, но лучше. Я почти сразу поняла язык, встретила много друзей. Все время думала: “А что, так можно было?” Мир открылся по-новому, да и вообще открылся – раньше я не знала, что в нем есть столько возможностей. Для 2011 года это было просто невероятно! Мне крупно повезло: я в нужное время зашла в международный отдел университета и спросила про стажировки за границей. Оказалось, что именно в тот год наш университет начал сотрудничать с НТУ, и как раз через месяц закрывалась стажировка в Сингапур.

Сингапур меня поразил – Азия, столько экзотики! Самое “вау” было, когда мы впятнадцатером сняли комнату в Marina Bay Sands и пошли купаться в знаменитый бассейн-корабль на крыше – теперь так делать нельзя, за это штрафуют.

Во время той поездки мы сначала исследовали, что происходит в мозге во время медитации, а потом перешли к другой теме, “музыке мозга”. Мы переводили в ноты сигналы ЭЭГ и пытались в зависимости от того, получалась грустная музыка или веселая, распознавать ранние степени Альцгеймера. Помните про мою маму-музыканта? Именно я подбирала грустные и веселые аккорды в зависимости от частот ЭЭГ. Я не знаю, как далеко в итоге зашло это исследование, но ребят звали на пятилетнюю выставку открытий в Сингапуре – значит, проект заметили.

После программы я решила поступать в аспирантуру НТУ, когда закончу свой университет. Защитила диплом, прошла тест по английскому и собеседование, но провалилась – мой средний балл оказался ниже, чем у других студентов. Было грустно, конечно. Гордости у меня поубавилось, но это не было трагедией: просто был план А, и он не удался. Я перешла к плану Б. Мой научный руководитель в Минске посоветовал магистратуру, чтобы подтянуться в исследовательской деятельности, плюс это был отличный вариант подтянуть оценки. В магистратуре я получила исследовательский опыт, немного поработала школьной учительницей, подняла свой средний балл – и следующим летом все-таки уехала в Сингапур.

Все, что я изучала в Сингапуре до этого, было связано с мозгом, и теперь я целенаправленно искала связанную с этой темой специальность. Мой профессор из Сингапура предложил “нейрокомпьютерные интерфейсы” – мне понравилось. Так что теперь я изучаю Motor Imagery Brain-computer Interfaces, нейрокомпьютерные интерфейсы для представления движений. Занимаюсь машинным обучением и распознаванием образов – ищу информативные характеристики сигналов ЭЭГ, чтобы лучше различать, о каком движении тела думает человек. Эта технология позволит улучшить жизнь людям с разными формами паралича или серьезными двигательными нарушениями. Можно управлять роботами, колясками, экзоскелетом, мышкой клавиатуры напрямую мозгом. Это действительно интересная тема, в ней много пользы, и это придает смысл моей работе.

Правда, я не учла, что все студенты моего профессора занимаются немного другим: работают над распознаванием изображений и видео, так что все приходилось делать самой с самого начала. Весь литературный обзор, “тренды” области, все имена ученых и группы – все я искала сама. Потом пришлось самой программировать всю систему, потому что никакой базы не было. Что-то я узнавала из интернета, что-то из научных  статей, что-то от самих ученых, которым писала напрямую. Меня долго преследовал “синдром самозванца”: я думала, что учусь совершенно незаслуженно, и все заблуждаются, когда считают меня отличной студенткой.

Я живу на стипендию от Министерства образования Сингапура, в нее заложены моя зарплата (2000-2500 сингапурских долларов в месяц) и плата за обучение (12000-14000 сингапурских долларов в семестр). Конкурс всегда разный, но если у тебя хорошие оценки (выше 4 из 5 или выше 8 из 10) и есть сертификат по английскому TOEFL (100) или IELTS (6.5), то шансы поступить очень велики. Стипендия длится четыре года, но каждый год нужно подтверждать свой статус: в первые два года нужно было сдать шесть курсов не ниже B (3.5 из 5), чтобы подтвердить статус аспиранта. Затем сдается Qualification Exam (QE) – это промежуточный этап, где необходимо показать результаты своего исследования и рассказать, что будешь делать в дальнейшем. Не все идет гладко: в первом же семестре я завалила первый экзамен, потому что все они были письменные, а я привыкла к устным. Потом я задержала QE на полгода, и мне не платили стипендию. Было сложно: подрабатывать с моей визой можно только 16 часов в неделю, и берут очень неохотно, родители с беларускими зарплатами тоже мне помочь не могли, так что пришлось занимать и жить очень экономно. В итоге я справилась и все сдала, получила стипендию обратно: мне возместили 12 тысяч, а я занимала всего 6.

Сейчас я снимаю комнату в трехкомнатной квартире, со мной еще живет пара мьянмарцев и китаец. Квартира просторная, находится в HDB – такие местные хрущевки, или “ликуановки” (Ли Куан Ю – премьер-министр Сингапура, который построил из болота – мегаполис). Это недалеко от университета и далеко от центра, поэтому даже не ощущаешь всего этого сингапурского лоска. Вообщем-то все есть, только душ не отделен от туалета, но тут это нормально. Везде кондиционеры, так что жара не ощущается. Даже бункер-кладовая есть – на случай бомбардировки!

Когда я рассказываю, чем занимаюсь, это почти всегда “вау”. Но я пока не научилась правильно отвечать. Я либо скатываюсь и говорю “да нет, пустяки!”, либо начинаю хвалиться.

Увы, эмиграция показала, что друзей я нахожу быстро только в Беларуси. В первый день я встретилась с русской девочкой, потом еще познакомились с компанией классных непальцев (а заодно и со своим нынешним парнем) на вечеринке, моей соседкой оказалась студентка из Беларуси, но на этом все и закончилось. В какой-то момент я просто закрылась и не знакомилась долго с другими людьми, не пускала никого в свою жизнь. Очень много говорила по телефону со своими беларускими друзьями. Сейчас потихоньку стараюсь знакомиться или хотя бы чаще соглашаться куда-то ходить, иногда даже зову кого-то сама – это большой прогресс.

Мой парень учится вместе со мной в аспирантуре, на том же факультете электронной и электрической инженерии. Мы живем спокойно, много работаем и учимся, часто ходим в кино и на выставки. На концерте в Сингапуре я была только один раз – когда приезжал Macklemore. Я люблю пленку, у меня коллекция пленочных фотоаппаратов, так что мы часто выходим поснимать. А еще я буддистка: каждую неделю хожу медитировать со своими друзьями-буддистами и регулярно езжу на медитационные курсы в Гонконг, Вьетнам и Непал.

Буддисткой я стала в 16 лет. Много читала про разные религии, и наконец нашла подходящую мне. Семья была немного против, но после того, как я 10 лет практиковала и только становилась лучше – все приняли. В 18 лет я нашла учителя и выбрала путь, я – из тибетской линии буддизма Алмазного пути. Мой учитель практикует в разных странах мира, и, когда он приезжает в азиатские страны – я еду туда. Обычно это лекции и медитации вместе. В обычной жизни я просто стараюсь ежедневно делать свои медитационные практики, изучать дхармическую литературу и поддерживать буддийский взгляд на вещи.

Мы часто путешествуем по Малайзии: это рядом, и там очень дешево. В Малайзии есть классные острова, мой любимый – Тиоман, но я была и на Лангкави, и на Пенанге. Еще из Сингапура очень дешево летать в разные страны Азии, поэтому недавно мы с друзьями ездили в Камбоджу.

Лоукостер Air Asia регулярно распродает билеты из Сингапура в другие города Азии

Два года назад, в мае, от университета у нас была программа обмена опыта с аспирантами в Австралии. Мы посетили три университета в Мельбурне: смотрели, как австралийские аспиранты организовывают студсовет. Нас постоянно звали в бары, и даже в университете наливали нам вино, а в Сингапуре совсем не такая атмосфера!

Я пока не решила, где я хочу жить после аспирантуры. С таким PhD можно найти работу почти в любом университете, потому что тема машинного обучения сейчас очень популярна. Но после бетонного мегаполиса очень хочется быть ближе к природе, так что я смотрю в сторону Новой Зеландии: моря, горы, леса, озера. У моей бабушки в деревне можно было выйти в чисто поле до горизонта, и быть там в полном одиночестве. Вот этого простора мне и не хватает.


Автор: Василиса Мишугина, @lion_fish,
Фото: Василиса Мишугина.
Поделиться

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ