Как ИИ уничтожил целую индустрию в Кении
The New York Times опубликовала интересный материал о том, как ChatGPT практически уничтожил целую индустрию в Кении.
На пике только в Найроби около 40 тысяч человек зарабатывали написанием эссе и выполнением других университетских заданий за студентов из США, Великобритании и других стран.
Один из героев статьи, Тересиос Бунди, занимался этим 12 лет и написал более 2 500 работ. Со временем он создал собственную команду, а за одно эссе получал $40–70. По его словам, этот бизнес приносил ему как минимум в пять раз больше, чем он мог бы зарабатывать по своей специальности.
После появления ChatGPT в конце 2022 года все быстро изменилось: количество заказов резко сократилось, ставки упали, и Бунди в итоге закрыл свой бизнес.
Похожее давление испытывают и другие виды удаленной работы, которые стали важным источником занятости для молодых кенийцев: транскрибация, модерация контента, обработка данных и другие digital services.
Особенно интересна скорость изменений. По данным исследования Scale AI и Center for AI Safety, осенью 2025 года лучшие AI-модели могли успешно выполнить лишь около 2,5% реальных фриланс-задач из их benchmark. К июлю 2026 года — уже около 16%.
При этом возникла новая ниша: часть бывших авторов эссе теперь получает заказы на «очеловечивание» текстов, написанных AI.
Но для меня здесь возникает другой вопрос. А есть ли вообще смысл заставлять студентов писать длинные эссе и курсовые в эпоху AI? Если машина может за несколько минут написать вполне приличную работу, а преподаватель зачастую не может определить, кто ее написал, возможно, проблема уже не в ChatGPT.
The New York Times опубликовала интересный материал о том, как ChatGPT практически уничтожил целую индустрию в Кении.
На пике только в Найроби около 40 тысяч человек зарабатывали написанием эссе и выполнением других университетских заданий за студентов из США, Великобритании и других стран.
Один из героев статьи, Тересиос Бунди, занимался этим 12 лет и написал более 2 500 работ. Со временем он создал собственную команду, а за одно эссе получал $40–70. По его словам, этот бизнес приносил ему как минимум в пять раз больше, чем он мог бы зарабатывать по своей специальности.
После появления ChatGPT в конце 2022 года все быстро изменилось: количество заказов резко сократилось, ставки упали, и Бунди в итоге закрыл свой бизнес.
Похожее давление испытывают и другие виды удаленной работы, которые стали важным источником занятости для молодых кенийцев: транскрибация, модерация контента, обработка данных и другие digital services.
Особенно интересна скорость изменений. По данным исследования Scale AI и Center for AI Safety, осенью 2025 года лучшие AI-модели могли успешно выполнить лишь около 2,5% реальных фриланс-задач из их benchmark. К июлю 2026 года — уже около 16%.
При этом возникла новая ниша: часть бывших авторов эссе теперь получает заказы на «очеловечивание» текстов, написанных AI.
Но для меня здесь возникает другой вопрос. А есть ли вообще смысл заставлять студентов писать длинные эссе и курсовые в эпоху AI? Если машина может за несколько минут написать вполне приличную работу, а преподаватель зачастую не может определить, кто ее написал, возможно, проблема уже не в ChatGPT.
😱 1
143 (0.7%)