Что делать, когда у тебя всего один вечер в Красноярске?

Конечно, бежать в «Тунгуску». Моря высыхают, отступают вековые ледники, а местная строганина из нельмы все так же держит хрупкое равновесие мира. В этот раз я решила отойти от свежемороженой классики и взяла авторский сет «Путь героя: Сибирь — Азия». В преддверии поездки по БАМу звучит почти что пророчески.

Заказывать его нужно минимум за сутки, чтобы на кухне успели подготовиться к девяти подачам. Стоит все удовольствие 6 888 ₽. В дополнение идет винный пейринг (3 298 ₽ за пять вин, 5 398 ₽ за восемь — ох уж эта магия труднозапоминаемых цифр) или безалкогольное сопровождение (3 000 ₽).

Концепцию шеф-повар Николай Бобров, человек непредсказуемой траектории мысли и красивой окладистой бороды, выдумывал восемь месяцев. В итоге решил подружить сибирскую кухню с кухнями экзотических соседей. Ни о чем не подозревающие локальные дикоросы, таежная дичь и рыба из Енисея отправляются в азиатскую командировку и там встречаются с загадочным васаби, лихими японскими соусами и прочими кулинарными ниндзя.

Вместо махача на тарелке случается эффект Всемирного фестиваля молодежи 1957 года: все мгновенно проникаются идеями интернационализма и работают над новым поколением гастрономических метисов. Малосольный енисейский тугун лезет обниматься к свекольному унаги. Тартар из осетра тостует с мороженым кимчи. А в центре всего этого — мифический герой, чей путь мы прослеживаем, как в компьютерной игре.

Вот он пересекает порог привычного мира, и на столе появляется желе из косули (без косули в непривычном мире действительно как-то неуютно), а вот борется с драконом — на роль дракона взяли Гошу Куценко абаканского рака.

Примерно на пятой подаче все перемешивается и в желудке, и в голове. Вспомнить, сколько драконов назад был кокосовый айоли с креветочной вуалью и на какой щепе, пораженной молнией в полнолуние, коптили чавычу, уже невозможно. Остается только ощущение, что в тебе сейчас переваривается весь годовой продовольственный запас Таймыра.