Но это всё лирика. Практика же состоит в том, что стоит Пор-Бажин на острове посреди озера, а деревянный мост длиной 1300 метров, построенный в 2007 году к визиту Путина и князя Монако Альбера II, давно развалился и превратился в препятствие для лодок. Лодок же на озере мало и перевозом на них регулярно не занимается никто - ведь тут и людей мало, а Тере-Холь при всей своей красоте оказывается на поверку крупнейшей в России лужей, переходной формой озера и болота, где глубина редко больше полуметра, а дно - всё в водорослях и пахучей глубокой грязи. Лодки тут в основном вёсельные, но наш гид Артцалам Хертек нашёл для нас одну из редких на Тере-Холе моторок.

Вот только тощий русско-китайский мотор "Омолон" взял да заглох, стоило нам чуть отойти от берега. Лодочник не растерялся, а заработал с кормы деревянным шестом - не к причалу, а вперёд, к цели. Артцалам, глянув на это, позвал вторую половину группы в машину и повёз экстренно искать другую лодку, ну а мы поняли, что два километра до Пор-Бажина будем так идти пару часов. В лодке не было вёсел, и их заменили ковш для вычерпывания воды, крышка от мотора и доска, на которой я сидел - пришлось встать, от чего лодка качалась, а лодочник с шестом шикал на меня в духе "Дядя, ты плавать умеешь?!". Предложение причалить к ближнему островку с чьим-то сараем и поискать лишние доски там было отклонено со словами "Ты потерпеть не можешь?!", и я понял, как в былые времена изобретателям рубили головы за нарушение традиций.

Но в общем совместными силами догребли в Пор-Бажин мы бодро, кажется - быстрее, чем за час, а дальше оказались наедине с древними руинами. Стены из сырцового кирпича сохранились на высоту до 9 метров, а по самому городищу (211 на 158 метров) пять человек разбрелись так, что потеряли друг друга из виду. Под стенами - фундаменты вспомогательных зданий, в центре - собственно компактный дворец-храм с камнями в основаниях колонн и остатками плиток пола. Обитаем Пор-Бажин был совсем недолго, а потому культурный слой в нём невелик и почти весь собран археологами: под ногами валяется в основном похожая на половинки труб черепица. Тенгрианство же взяло реванш - посреди руин выросла тонкая лиственница, для тувинцев превратившаяся в дерево-алтарь.

Вскоре и вторая половинка группы во главе с Артцаламом подошла на резиновой вёсельной лодке. А между тем, наметилась проблема - ветер, вдруг разгулявшийся над прежде зеркальным Тере-Холем. Он гнал по озеру рябь, в его порывах плясах трава, и я понимал - ковшами и палками мы не догребём до берега. Поэтому выломал пару досок из остатков пешеходного моста да оттащил их к лодке. В итоге, впрочем, грести ими пришлось не мне: Артцалам собирался после Пор-Бажина ехать в Кунгуртуг заправляться, а те, кто захотели ехать с ним, покидали остров на резиновой лодке. Я вызвался грести, так как на вёслах по Каме вокруг дачи были мои первые путешествия в 13-14 лет, да вдобавок и ветер оказался для нас попутным - и только ливень в середине озера до нитки промочил.

Труднее всего было причалить - на "материке" лодка сначала чуть не налетела на гвозди брёвен утонувшего моста, затем села брюхом на затонувшее бревно, а последние метры к причалу перегруженная посудина и вовсе совместными усилиями ползла ползком по илистому дну. На другой лодке же за "вёсла"-доски мне никто не сказал спасибо и даже не вспомнил, что их притащил я - но позже говорили в лагере, что без них гребли бы по волнам до вечера.

Зато есть, что вспомнить! И забавная (теперь забавная, а тогда не до смеху было) история здорово оттеняет вечный покой древних руин.