Дождавшись солнца и пройдя все три основных маршрута, мы покидали Кодар. В последнюю ночь плохо спалось от мыслей о броде через Шаньгу, но разум подсказывал - после нескольких сухих дней мы минуем её без труда. Так и вышло, хотя и пришлось ноги помочить. А дальше - всё те же Экса, Дальний Аян, протоки Сакукана, лужи-болота на дне Чарской котловины.

А о том, что за спиной остался урановый рудник, который пытались разрабатывать силами заключённых в 1949-51 годах, напоминает сама дорога. Выпутавшись из троп, попадаешь на натуральную автодорогу, по которой когда-то, оглашая ущелья мяуканьем неисправного редуктора и таким рёвом мотора, что за рекой осыпались камнепады, ехали за новой партии руды "Студебеккеры". Кое-где дорога укреплена деревянными гатями, над многими ручьями ещё висят мосты (чаще всего прогнившие и непроходимые), а у обочины валяются ржавые запчасти.

Да и теперь 2/3 бывшего пути может одолеть болотоход или "Урал". Мы очень надеялись встретить такой, забросивший какую-нибудь группу и ехавший назад порожняком, но... мы натурально остались одни в этой долине, и лишь на Эксе встретили двух туристов из Петербурга, шедших упорно наверх. За дни похода успели пожелтеть берёзы и исчезнуть мошки, а значит - и морозы впереди...