Я приехал в Ленинград в июне 1988 года поступать в ЛГУ. К счастью, поступил — и довольно быстро обнаружил, что у студенческой жизни есть свои маленькие ритуалы. Одним из главных была ленинградская полоска — с глазурью или без. Их продавали в университетских кафе, и за ними стояли очереди. Полоска и чашка настоящего молотого кофе — это уже был почти пропуск во взрослую жизнь. Ты только вчера ещё школьник, а сегодня пьёшь кофе, ешь полоску, потом бежишь с однокурсниками в одну из университетских курилок — и совершенно точно чувствуешь себя взрослым и настоящим студентом. Хорошо помню запах молотого кофе, который разносился по коридорам и аудиториям старого здания Восточного факультета и филфака на Университетской набережной. Полоска была лакомством доступным. А вот высшей лигой был «Ленинградский» торт. Его в университетских столовых, конечно, не было. За ним надо было идти в легендарный «Север» на Невском. Там стояли такие очереди, что попробовать его нам практически никогда не удавалось. Поэтому «Ленинградский» так и оставался чем-то вожделенным — почти мифическим тортом того города. Прошло почти сорок лет. И мы решили его вернуть. Проработали рецепт в нашей авторской кондитерской и теперь вводим «Ленинградский» в линейку сладкого стола на шведском столе наших завтраков в «Гельвеции». Чтобы утром в Петербурге можно было взять кусочек «Ленинградского». И на несколько минут оказаться в Ленинграде.