Среди сотен постсоветских городов Верхнеудинск выделяется сохранностью исторических храмов - уцелело их 3/4. Правильнее сказать - три из четырёх, при том что в сопоставимых по тогдашнему размеру (8 тыс. жителей в 1897 году) городках их бывали десятки... Но здесь примерно в одно время, на рубеже 18-19 веков, были построены всего 4 храма, которые позже никто не перестраивался и не обновлял.

Полностью разрушена при Советах оказалась только Спасская церковь (1801-19; последний кадр). Сердцем города, центром его панорам остался сейсмоустойчивый Одигитриевский собор (1741-82; первые 3 кадра). Маленькая изящная Троицкая церковь (1798-1809; следующие 3 кадра) отделалась превращением своего кладбища в парк. А казачьей Вознесенской церкви (1789-1811) в Заудинской слободе не помешало даже то, что она деревянная.

Съездили на разведку в новый музейный дом городка писателей Переделкино. После сложной реставрации Первая дача стала пространством для выставок о жителях городка и литературной истории ХХ века — первая посвящена Виктору Шкловскому.

В экспозиции любопытные инсталляции и архивные документы, а ещё можно позавидовать писательскому кабинету. Но мы особенно порадовались сохранению дома, таких в Переделкине осталось всего семь. Да и заснеженный городок писателей хорош. #Россия #музеи #открытие

Венская вилла Бир открывается как дом-музей

8 марта Вена получит новый культурный адрес: Villa Beer в районе Хитцинг после масштабной реставрации открывается для публики. Вилла построена в 1929–1930 годах по проекту Йозефа Франка и Оскара Влаха — и сразу стала манифестом венского модернизма. Франк задумывал дом как «путь и место»: пространства здесь разворачиваются в продуманной последовательности, каждый переход между комнатами — часть замысла. Вместе с домом Мёллера Адольфа Лооса Villa Beer считается одной из важнейших частных вилл Вены межвоенного периода.

Реставрация под руководством архитектора Кристиана Прассера шла три года и обошлась в 10 миллионов евро: укрепляли фундамент, убирали поздние перегородки, восстанавливали встроенную мебель, камины, полы и даже старый кухонный лифт. К работам привлекали те же фирмы, что строили виллу в 1930-е. Следы времени — царапины, потёртости, прожоги на паркете — оставили как есть: всё-таки это дом с историей, а не новодел.

Теперь здесь будут экскурсии, лекции и исследовательские программы. А чуть позже — возможность остаться на ночь: на третьем этаже оборудованы три гостевых номера с мебелью Svenskt Tenn по дизайну Йозефа Франка. Каждый назван по его тканевому принту — Teheran, Hawai, Brazil. Все три выходят на общую террасу с видом на сад. Впрочем, вилла не позиционирует себя как гостиница, пока непонятно, будет ли там обычное гостиничное обслуживание. Так что это прежде всего возможность вжиться в атмосферу модернистской виллы 1930-х, где архитектура, пропорции и свет и есть главное впечатление.