Для индустрии развлечений север Байкала слишком неудобен.

Логистический фильтр в виде четырех дней на поезде по БАМу или спартанского рейса на АН-24 заметно сокращает турпоток.

На юге берег изуродован самостроем, а глэмпинги сидят друг у друга на голове, как пассажиры индийского поезда. Север пока держится. Тут сохранилась та самая первозданная, суровая и монументальная картинка, на фоне которой человек — всего лишь скромный гость, а не автор вывески «Омуль холодного копчения».

Сюда нельзя просто «заскочить на выходные», как в Листвянку. И здесь нет практически никакой инфраструктуры, если не считать пары таежных лечебниц с дикими термальными источниками.

Желающим выпить с озером на брудершафт ничего не остается, как продолжать сверлить свою лунку на противоположном берегу.* На севере прозрачный байкальский лед, на котором держится весь южный контент-завод, — величина непостоянная. Байкал тут часто заносит снегом, и синее зеркало превращается в белую целину.

Все вышесказанное звучит как попытка отговорить вас от поездки, но на самом деле наоборот. Если после Листвянки вам захочется очистить память от визуального шума и долго всматриваться в пустой горизонт, то берите билет до Северобайкальска.

Эффект будет как в парфюмерном магазине, когда к перегруженным рецепторам подносят спасительную баночку с кофейными зернами.

*Для тех, кто не понял: речь о самом популярном развлечении на юге — просверлить лунку в толще байкальского льда, залить туда водки и пить из трубочки. Называется «байкальский поцелуй».