Солёноозёрное, небольшое село в полусотне километров севернее Абакана, в мои планы изначально не входило. Но заехать туда посоветовала @shiragid (Ирина Колмакова) - известный в Хакасии гид и знаток её северных районов. Мы же всё равно собирались, перед тем как ехать в Абакан, сгонять на Сулекскую писаницу, и решили, что завернуть в село выйдет недолго.

Ведь Солёноозёрное не похоже на другие сёла Хакасии - под данным в советское время названием скрывается станица Форпост, основанная ещё в 1714 году для охраны соляного прииска. Но самые интересные события здесь происходили на два века позже: в Форпосте родился, прожил немалую часть жизни и был убит "хакасский Робин Гуд", белый партизан Иван Соловьёв и жил его антагонист, 17-летний командир ЧОНовцев Аркадий Голиков, более известный как Гайдар.

Первым делом мы завернули на кладбище, где в общей могиле похоронен Соловьёв. Об этом напоминает высокий деревянный крест, но помимо него, мы впечатлились обилием немецких фамилий на надгробиях. Затем мы завернули в село искать дом Гайдара, долго рулили по пустынным улицам, распугивая огромные стада жирных гусей, и наконец я увидел пару мужиков на лавочке да решил спросить адрес у них. И надо же было так повезти - мы сразу же наткнулись на атамана!

-Вот смотри: мы - белые, а пришли к нам тогда красные. И стали отбирать наши дома, забивать нашу скотину, выселять нас со своей земли. Теперь мы тоже белые, а красные - это москвичи.

Но к нам Вячеслав Леонидович сразу проникся симпатией, и предложив подсесть в машину, показал и дом Агафьи Кожуховской, где квартировал Гайдар, и усадьбу последней любовницы Соловьёва (сами здания не сохранились), где сам он был застрелен в бане. Наконец, мы заехали в неприметный переулок, и зайдя в один из домов, атаман привёл к нам в машину ещё одного односельчанина: Алексей Георгиевич, немолодой уже человек с интеллигентным лицом, оказался смотрителем казачьего музея, в который мы вчетвером и поехали.

Музей казачьего быта в Солёноозёрном, что удивительно, возник не в 1990-х на волне "возрождения казачества", а ещё в глубоких 1970-х. По факту - старая изба здешних первопоселенцев Кожуховских, которую его представители сделали мемориалом, и Алексей Георгиевич - уже третий его хранитель. В паре комнат соседствуют инфостенды о передовиках пятилеток и о жертвах сталинизма, о героях Великой Отечественной и о белых партизанах. В горнице - вещи старого быта, будь то пара пик времён основания Форпоста или самовар Агафьи, из которого Гайдара потчевали чаем. И - много-много фотографий да увлечённый, с переходами от одного к другому, рассказ Алексея Георгиевича не просто про людей былых эпох, а про его и Вячеслава родственников. В общем, при совсем небольшом размере музея, такого погружения в трагическую русскую историю ХХ столетия я не ощущал давно.

Напоследок же Алексей Георгиевич счёл своим долго съездить с нами в степь показать Белую Шаманку - это километров 5 обратно на Шира и поворот по колеям в степь, в сторону заброшенной кошары. Белая Шаманка - окуневская стела, ну а окуневскую культуру, 4 тысячи лет назад создавшую из хакасских камней множество ни на что не похожих шедевров, я уже упоминал не раз. Почти все её стелы теперь в музеях (https://vk.com/wall-221750835_8428), и это была огромная удача - увидеть такую в степи. У Шаманки - приятное, выразительное лицо, но вдвойне впечатляет оно в окружении костровищ, подношений и степного простора.

Дальше мы вернули Алексея Георгиевича в станицу, а он в свою очередь за всё это даже денег с нам не попросил. Нежданное-негаданное Солёноозёрное оказалось главным впечатлением того дня... Как и люди, хранители и исследователи культуры, остались не меньшим впечатлением Хакасии, чем седые камни её степей.