А ещё в Ачинске есть трамвай. Единственная раздвоенная на конце линия длиной 14,5 километров начинается на задворках Старого Центра (как раз недалеко от бывшей синагоги, о которой я писал несколько часов назад), пересекает Новый город, уходит сперва в частный сектор, а затем и в лес, чтобы закончиться у инфернальных промзон Ачинского глинозёмного комбината. Глинозём, если кто не знает - это промежуточное сырьё в производстве алюминия, и именно АГК (построенный в 1955-70 годах) стал новым смыслом существования для города, давно оставшегося без купцов.

Фотографировал с трамвая я довольно нервно, а комбинат из его окон - и вовсе никак: ещё гуляя по Старому Центру, мы обнаружили, что Ачинск охвачен паникой. Со смесью озадаченности и ужаса на нас смотрели даже пьяницы, а вопрос "что вы здесь фотографируете?!" случайные прохожие чаще задавали мне разве что в Донецке в 2016 году. При этом что именно в Ачинске произошло - никто толком объяснить не может, максимум выдают "ну у нас тут нефтезавод" (он километрах в 20 от города). Интернет при этом в городе есть - глушат его только около вокзала. Может, хоть от вас, товарищи-читатели, я смогу узнать, что же случилось этим летом в Ачинске?

В Ачинске очень приятный краеведческий музей в одном из купеческих домов Старого города. Причём, кажется, музей этот дружит с театром: подлинные предметы купеческой обстановки, которыми надо любоваться, соседствуют с реквизитом из театра, на котором можно сидеть, а недорогая экскурсия по его залам впечатляет своей артистичностью. В залах много интересных вещей - будь то полифон, видео с которым я выкладывал недавно, или те самые кружки с Ходынского поля - одну такую житель Ачинска, сам немецких кровей, купил на барахолке в Германии и передал сюда. В зале крестьянского быта маслобойка по-прежнему густо пахнет сливками. Отдельном впечатлила не экспозиция, а игровая комната для детей - вся с игрушками ХХ века!

Но экскурсовод не зря откладывает напоследок посещение зала археологии - все путеводители не сговариваясь называют главным достоянием музея находки из Ачинской стоянки времён палеолита, и в том числе - Ачинский жезл, древнейший в мире (от 18 до 22 тыс. лет) лунный календарь в виде палочки из мамонтова бивня с 1065 небольшими лунками. Вот только дело в том, что жезла этого в музее - нет!

Виталий Ларичев, крупный новосибирский учёный с неоднозначной репутацией, увёз его ещё в 1970-х в Академгородок, и все эти десятилетия отказывался возвращать под предлогом продолжения научной работы. В 2013-м он умер, и оказалось, что в его наследстве жезла нет - артефакт считался утраченным... пока не всплыл уже в 2020-х годах в наследстве другого учёного Виктора Сазонова, которому Ларичев передал жезл в частном порядке.

Однако "извлеки реликвию из Новосибирского Академгородка" - челлендж для многих музеев Сибири: так, Горно-Алтайск много лет добивался возврата Алтайской Принцессы, а Кызыл - золота скифов... Возвращать Ачинский жезл Ачинску академики не спешат, пока требуя обустроить новое современное пространство. Оно, через обычный жилой двор (фото с бельём) от основного музея, сейчас и обустраивается полным ходом под сводами купеческого дома, пока как выставочный зал.

Ну а копию жезла можно увидеть пока в культурно-выставочном центре напротив администрации Ачинска.

Из Красноярска мы направились в Ачинск - 3-й по величине город края после Норильска, а если из последнего вычесть Талнах с Кайерканом, то Ачинск даже больше, чем Норильск. Стоит он километрах в 200 от Красноярска западнее по Транссибу, а трёхчасовую дорогу по обжитым и прозаичным пейзажам мы предпочли проспать.

Несмотря на размер, в городе нет автовокзала - лишь "остановочный пункт", нора в стилобате ЖД-вокзала, безликой коробки 1970-х годов. А стало быть - и не было надежд на вменяемую камеру хранения для огромных рюкзаков, с которыми мы собирались идти на Ергаки. Автоматические камеры хранения РЖД по цене дешёвой гостиницы я стараюсь использовать по-минимуму даже не столько ради экономии, сколько ради здравого смысла. Но выбора не было, и вот с горем пополам разобрав рюкзаки, мы запихали их содержимое в одну ячейку.

Ачинск вытянут перпендикулярно Транссибу от нефтезавода (в 20 километрах севернее последних районов) до глинозёмного комбината на юге, и друг друга в нём сменяют Привокзальный район, Старый Центр и Новый город. К Старому Центру мы и поехали, но тут начинается ситуация, сверхтипичная для сибирских городов: Старый Центр - давно не центр, а по факту скорее изрядно маргинализованная окраина, откуда большая часть жизни ушла в новые районы. И даже на местной улице Ленина проезжающие машины разгоняются до скорости, близкой к рекорду, кажется, не спроста.

Здесь много очаровательных старых домов - кирпичных и деревянных, но одинаково узорчатых и резных. Однако большая их часть - в руинах. Над руинами высится огромный и блестящий идеальным состоянием театр, в котором начинали, к примеру, Марина Ладынина и Клавдия Шульженко. В низинке стоит роскошное, хоть и ветхое здание станции скорой помощи, обойдя которое, можно опознать в нём синагогу: в сибирской ссылке 19 века понемногу рождалась Вторая Черта оседлости. А вот церквей не сохранилось, или вернее уцелел лишь один Казанский храм в бывшем Заречье, из которого и вырос Новый город. Однако именно в Заречье сохранилась пара притрактовых изб 18 века, причём одна из них - даже не в руинах.

В целом, Ачинск оставляет очень противоречивое впечатление. Город явно не беден, но гнетуще запущен. С тяжёлыми взглядами и обилием маргиналов соседствуют яркие оплоты культуры вроде музея (о нём отдельно напишу) или театра, полные увлечённых, ярких людей. А отдельные чудеса благоустройства на общем безрадостном фоне впечатляют даже после столиц или Красноярске - так, в парке Старого Центра на месте снесённого собора я видел, пожалуй, самую оригинальную детскую площадку, где в песочнице стояла имитация старательского стана!