В Ипох много пещерных храмов. Город буквально ими усыпан. Они не сильно старые, в среднем им по 100-150 лет, но вот этот особенно хорош.

А в остальном Ипох хорошо сохранил примеры английской колониальной архитектуры. Его более южный собрат Мелака (последние 5 фото поста) вместе с английским наследием показывает и португальское. Красиво.

Если в Муроме я хоть и в 2003-м, но бывал, то Арзамас я открыл для себя впервые, а прежде лишь проезжал его (в 2004-м) в Дивеево. Наверное, это и правильно - дозрел город не так давно.

"Много видел я в Москве церквей, но в Арзамасе, кроме церквей, ничего не видел" - такая цитата Владимир Соллогуба, ныне подзабытого писателя середины 19 века, висит у Гостиного ряда. Как тот "мрачный индейский город 32 колоколен" из произведений Маркеса, Арзамас называли "городом 33 церквей".

В общем, это один из немногих городов России, где впечатляют не столько сами достопримечательности, сколько их взаимное расположение. С общих видов и начнём.

Возможно, самая целостная старинная улица в небольших городах России - это арзамасский Гостиный ряд, плавно спускающийся от Соборной площади. Своими мелкими купеческими лавками и аркадами торговых рядов он живо напоминает рыночные площади почти уже позабытой Европы. Справа (если смотреть вниз) над ними ещё и нависает Никольский собор (1723) одноимённого монастыря, а вот слева есть "секретик" - если обойти самые верхние дома, можно увидеть во дворах фасады середины 18 века, когда на карте России существовала Арзамасская провинция.

С недавних пор на улице появился ещё и дизайн-код вывесок в винтажном духе, как в Рыбинске. Тут я уже не столь однозначно уверен, что это правильно: один раз - дико круто, второй раз - интересно, а вот если и в третьем каком-нибудь городе так сделают - уже будет пошло.

А за перекрёстком с улицей Ленина встречает "Арзамасский ужас". Точнее, бывшая гостиница Стригулиных, где в 1869 году его испытал Лев Толстой. Бравый офицер и успешный писатель, он ехал смотреть имение в Пензенской губернии, после тряской дороги из Нижнего Новгорода остановился в убогой провинциальной гостинице, а ночью вдруг проснулся от ужаса с мыслью, что ведь он не бессмертен и когда-нибудь его не станет. Толстому был 41 год, ровно середина прожитой им жизни, но именно после "арзамасского ужаса" он начал превращаться в того белобородого подпоясанного верёвкой мудреца, которым его обычно изображают в учебниках. Здание сохранилось, но гостиницы в нём давно нет.

Сижу и думаю о Екатеринбурге.

Как же он хорош. Как мощны его улицы.
Как богата его история. Как трагична его история.
Как разнообразна его архитектура. Как прекрасна его архитектура. Как ужасна его архитектура.
Как Екатеринбург авангарден, как модернизмен.
Какой он современный.
Как много в Екатеринбурге талантливых людей. Какие там музыканты. Какие художники. Какие дизайнеры. Какие писатели. Какие там активные и предприимчивые горожане.
Какой там бизнес.
Какая культурная жизнь.
Какой большой. Какой сложный. Какой познаваемый.
Какой самостоятельный. Какой независимый. Какой самобытный.
Как много Екатеринбург дал стране.
Какой он упрямый. Какой он бесовской. Какой баский.
Как же ему не хватает широкого пейзажа — великой речки, горной гряды, бесконечного простора.
Как много он потерял. Как же он станет ещё лучше в будущем.
Как же мы не знаем, кто мы, откуда, куда мы идём.
Как я его люблю и уважаю.

Лучше Екатеринбург только Нижний Новгород, ничего не попишешь.

Нужно ехать в Екатеринбург.
Когда потеплее будет, конечно. Там минус 23 сейчас.

Все фотографии сделаны в сентябре 2023. Больше я там пока и не был. Дай Бог оказаться!