❤️‍🩹Афганский ход в стамбульском гамбите — конец турецкого сериала

Три предыдущих поста:
раз,
два,
три
— были написаны ради этого.

Потому что любой гамбит — это жертва.
Пожертвовал комфортом ради идеи.
Пожертвовал логикой ради “азиатского экспириенса”.
Пожертвовал Hilton ради “люкса”.

И партия шла не в мою пользу.

Просыпаюсь утром с одним желанием — позавтракать и уехать.
С завтраком в отеле решаю не рисковать: после запахов, хаммамов и прочих “вроде” хочется чего-то настоящего.

Захожу в ближайшую забегаловку рядом с автомойкой.

Местные вовсю курят трубку, трубку курят местные вовсю. Пьют чай и заедают его горячим пиде — лодочкой из теста с мясом или с сыром.

Слюни текут уже у дверей. Даже дым сигарет без ментола меня не останавливает.

Прошу то же самое, что берут местные. Продавец вместо пиде даёт (как же хорошо рифмуется другое слово) своего молодого помощника-переводчика.

Молодой черноглазый парень с диснеевской улыбкой усаживает нас за стол и дальше, как в сказке, открывает скатерть-самобранку: чай уже налит, сахар подвинут, сок выжат, салфетки на месте, стул переставлен так, чтобы не дуло. А пиде обещает не с витрины, а прямо из печи.

Разговорились. Его зовут Мухаммед. Странно, что не Алладин. Он из Афганистана и учится в Стамбуле. Английский отличный, улыбка ещё лучше. Первый афганец в моей жизни.

Тут в кафе заходит второй герой моего романа — местный турок из соседней автомойки.
Он слышит иностранную речь, интересуется, откуда мы, и начинает показывать на телефоне свои фотографии из Москвы и Петербурга, признаваясь в любви этим городам и людям, которые там живут.

Но я сразу забываю второго героя моего романа, потому что выносят пиде из печи.
Мухаммед ставит тарелки, подливает чай, приносит сахар.

С каждым укусом пиде становлюсь таким же горячим, мягким, сочным и жирным.
Наконец на лице появляется не инсультная улыбка.
Прошу счёт. Планирую оставить хорошие чаевые моему афганскому другу.

Но тут вместо счёта получаю... (опять хочется то слово) сообщение от Мухаммеда.

— Ваш счёт уже закрыт тем самым турецким незнакомцем, который тихо ушёл по своим делам.

— Чтоооооо?!?!?!?!

Вот как обычный афганский студент и турецкий автомойщик поставили мат всем этим двухэтажным автобусам, вонючим отелям, бесконечным пробками и вернули мне желание вернуться в Стамбул ещё не один раз!

Конец!

Stay tuned!
Подписаться на Матрассы

Интересно, что в Великобритании до сих пор есть аналог почетного звания «Поставщик Двора Его Императорского Величества», действовавшего в Российской империи.

Продолжаем наши путешествия с Центром исследования малых городов.

В 40 километрах от Кирова находится город Слободской, который часто называют «вятским Суздалем». Тут сохранилась целостная историческая застройка с церквями и особняками.

Город вырос благодаря торговле: хотя Вятка считалась медвежьим углом европейской части России, благодаря водным путям отсюда можно было легко добираться до Урала и Архангельска, чем и пользовались местные торговцы.

В 1810 году купец Ксенофонт Анфилатов открыл в Слободском первый в России общественный банк, который кредитовал мещан и купцов под 6 процентов годовых! До этого Анфилатов отправил первые русские корабли с товаром в Соединенные Штаты.

Слободской славился своими меховыми и кожевенными производствами, а также колокольными заводами. Тут делают изделия из капа (наростов на дереве), сейчас это признанный местный промысел.

Считается, что 55 процентов жителей Слободского составляли ремесленники и 20 процентов — купцы. В 1880 году в городе родился будущий писатель Александр Грин.

Богатство города отразилось на великолепной уездной архитектуре. Хороша колокольня Спасо-Преображенского собора (1824), ее спроектировал выпускник Академии художеств Иван Денисович Дюссар де Невиль. На звоннице установили часы-куранты. Колокольня строилась в честь победы над Наполеоном в Отечественной войне 1812 года.

В Слободском можно увидеть деревянный храм начала 17 века, в семидесятые побывавший в Париже! Его возили во Францию на выставку русской деревянной архитектуры. Сохранились Екатерининский собор 1699 года и Христорождественский женский монастырь.

В Слободском районе родился знаменитый хирург Александр Бакулев. В городе жил Григорий Булатов, в апреле 1945 года водрузивший красное знамя над Рейхстагом. Дед композитора Чайковского служил в Слободском городничим.

Приезжайте в город, чтобы насладиться старинной застройкой, погулять, зайти в музеи — краеведческий и Яна Райниса, латышского поэта, отбывавшего тут ссылку.

Такие города — маленькие, потрепанные временем, но сохранившие свое изначальный характер — являются душой нашей страны. Здесь чувствуется подлинная Россия, несуетливая и глубокая.

Архитектурные излишества х Центр исследований малых городов