Не смогли пройти мимо комментария нашей подписчицы Марии. Она поделилась фотографиями цветения тюльпанов в Стамбуле.

Все новости в MAX.

Мы отправились на край света всей семьей

— напишет спустя много лет в мемуарах балерина Майя Плисецкая про жизнь на Шпицбергене. В 1932 году, когда ей было шесть лет, Отто Шмидт назначил ее отца Михаила Плисецкого начальником угольных рудников на Шпицбергене, и вся семья – отец, мать, Майя и брат – отправилась на далекий остров.

«Из Осло путь лежал пароходом в Баренцбург. Вез нас советский ледокол «Красин», два раза в год совершавший этот полярный марафон. По календарю было лето. Но все две недели плавания безбожно штормило…Если у Гоголя летали гробы, то у нас с крыльями были чемоданы.
…
Нам выделили помещение в доме советской колонии. Он располагался на самом краю поселка. Дальше сразу начинались горы.
…
Чего было на Шпицбергене в переизбытке, так это снега. Чистый, белый, хрустальный, светящийся снег. С лыж я не слезала. Не чувствуя времени, до середины ночи я слетала, карабкалась ввысь, вновь слетала с причудливых извилистых гор. Зазвать меня домой не было никакой возможности.
…
Еще помню шпицбергенские ветры. За минуту они сбивали человека с ног, и его заносило снегом. В такие шквальные дни люди ходили цепями, держась за руки, человек по двадцать-двадцать пять».

Прочитать историю Плисецкой о Шпицбергене целиком можно здесь.

Любопытно, что именно в советском Баренцбурге состоялся первый выход Майи Плисецкой на сцену. В местном самодеятельном театре поставили оперу Даргомыжского «Русалка», и Майе дали главную роль.

Плисецкие прожили на Шпицбергене четыре года, в 1936-м Михаила Плисецкого отозвали со всех должностей, отправили на материк и расстреляли по доносу осведомителей из Баренцбурга. Майя позже попала в Москву, где закончила балетное училище и поступила на службу в Большой театр.

Сейчас в Японии любуются цветением азалий, и лучшее место в Токио для этого – святилище Нэдзу. Туристы докладывают, что там очень красиво.

Азалиями там любуются в том числе и цапли.