Премьера сезона

📍21–22 июня, 20:00
Paribu Art, Кадыкей Азия

Продюсерская компания с мировым именем Art Seasons привозит в Стамбул новый спектакль о поэте Борисе Рыжем.

В России и за рубежом о нем сняты фильмы, а его стихи по-прежнему цитируют современные музыканты.

Однако чем было слово для самого поэта? Способом говорить с Россией 90-х? Ответом молчанию черно-серых уральских городов? Нежностью для любимой женщины? Или попыткой вернуть что-то светлое… сияющий в самом своём детском прошлом момент любви и истины?

Через танец, слово и музыку артисты рассказывают о жизни и знакомят с поэзией «последнего классика XX века», ушедшего таким молодым.

“Я не настолько верю в слово,
Чтобы, как в юности, тогда,
Сказать, что все начнётся снова.
Ведь не начнётся никогда.”

💳 950tl еще есть немного билетов тут

адрес_на_карте

его стихи

Таганрог — абсолютно чеховский город.

Одноэтажная купеческая провинция, где томно и лениво: дворики увиты виноградом, поперек улиц растянулись коты, а сквозь густые кроны деревьев падают кружевные тени.

Таганрог не воссоздает чеховскую атмосферу ради туристов — он в ней живет. Даже если вы не планируете променад по писательским местам, вас здесь все равно накроет русской литературой на уровне самых банальных повседневных ситуаций.

Я ехала в город подготовленная, вооружившись любимыми адресами друзей-таганрожцев. Софья, эстетка и культуролог, советовала найти керамическую львицу Врубеля на фасаде Музея градостроительства и прогуляться по старому кладбищу, где сохранились склепы итальянских и греческих купцов (это не мы с ней такие эксцентрики, просто кладбище тут — важная городская достопримечательность).

Рома, знаток гастродвижухи, рекомендовал бронировать столик в Feola’s: там лучший вид на Таганрогский залив, а Ольга Уколова, лучший шеф-женщина на юге России, работает исключительно с местными фермерами.

В общем, я разжилась явками-паролями, а потом приехала и поняла, что впервые за долгое время не хочу строить маршруты и упаковывать день в строгие списки. Хочу сворачивать в случайные переулки, рассматривать резные наличники, сидеть на прогретых солнцем ступенях перед заливом.

После забега по Ростову, где я пыталась, как сорока в ювелирном, унести на своих крыльях как можно больше драгоценных впечатлений, в Таганроге мне хотелось легковесности. Он не ослепляет глянцем, не оглушает темпераментом и не давит масштабом.

Редкое чувство — оказаться не искателем новых ощущений на пробежке, а просто человеком, который совпал с городом по ритму.