В погоне за неведомым

Надеюсь, вы уже слышали — мы с командой фестиваля Beat придумали программу кино о приключениях. Будем показывать фильмы о жажде любопытства и погоне за неведомым. Я этому, признаюсь, невероятно рад — за последние полгода я посмотрел около тридцати разных фильмов, мы с ребятами из Beat выбрали самые лучшие, и о них будем регулярно рассказывать.

Абсолютно обязательный пункт программы, который я бы настоятельно не рекомендовал пропустить (иначе будете кусать локти) — новый фильм Херцога. Если Дэвиду Аттенборо в этом году стукнула сотня, то главному документалисту планеты пока всего чуть больше 80. Вечно молодой Херцог на этот раз взялся за историю, от осознания которой у меня расширяются зрачки и потеют ладошки. Итак.

В центральном зале Смитсоновского музея естественной истории в Вашингтоне стоит чучело слона. Его зовут Фенькёви — в честь венгерского охотника, который застрелил его в Анголе в 1955 году. Высота — четыре метра два сантиметра, вес при жизни — одиннадцать тонн. Это крупнейшее наземное животное из всех, когда-либо официально зафиксированных наукой.

Южноафриканский биолог Стив Бойес — стипендиат National Geographic и руководитель Okavango Wilderness Project — убеждён: потомки Фенькёви живут до сих пор. Причем они живут не где-то, а конкретно в высокогорьях восточной Анголы. Он называет их «слонами-призраками». В 2016 году Бойес начал их искать: расставил по плато 180 фотоловушек и 100 акустических датчиков. Всё работало исправно, аппаратура фиксировала буйволов, леопардов, антилоп, но слонов — нет.

Чтобы понять, почему это вообще возможно — почему целая популяция огромных животных могла исчезнуть с радаров, — надо вспомнить, что Ангола пережила гражданскую войну длиной 27 лет. С 1975 по 2002 год. Высокогорные районы были фактически закрыты для любой науки, а браконьеры за то же самое время уничтожили слоновьи популяции в стране почти полностью — в некоторых регионах потери достигли 99%. Именно потому, что туда не добрались люди, это плато могло сохранить то, что нигде больше не выжило. Война как ни странно кого-то сберегла.

И вот в 2024 году камеры Стива Бойеса наконец-то сработали. В этот момент к истории подключаемся мы в качестве зрителя — с 7 по 14 июня сможем с вами вместе смотреть новую работу Херцога на фестивале Beat. Билеты уже на сайте.

«Приключения африканцев в Москве» с Дарьей Лабутиной и Александром Шипиловым!

Больше в АЛЬБОМЕ

#КрасныйМузей #КМ_прогулки #ДарьяЛабутина #АлександрШипилов #поМоскве #Африка

🍣Внимательно посмотрите на приложенные изображения. Я думаю, вы без труда ответите, какой кухне принадлежат эти блюда. Ну конечно, американской и норвежской.

Стоп, что? Да! Ни одно из этих блюд не является традиционно японским.

🍥С роллами ситуация относительно известна. В Японии никогда не готовили «маки» (роллы) рисом наружу. Всегда было практичнее «запечатать» рис и начинку в лист нори, который и был наружним слоем. Вариант роллов со спрятанным слоем нори — это изобретение японского шеф-повара, работавшего в США в 70-х годах прошлого века. Плотный и специфичный лист нори был непривычен американской публике, так что рецепт адаптировали под местный вкус. От того и названия у таких роллов — по американским топонимам («Калифорния», «Филадельфия», etc). Кстати, японцы без всякого снобизма инновацию реимпортировали. Такие «урамаки» вполне можно встретить и в каком-нибудь Sushiro.

🐟А вот с лососем ситуация интереснее. Сырой лосось вообще не использовался в японской кухне до конца прошлого века. Тепловодный японский лосось в сыром виде содержит кучу паразитов, поэтому не считался чистой рыбой. Ситуация поменяли...норвежцы! В конце 1980-х скандинавский рынок был перенасыщен, и Норвегия отправилась искать новые рынки сбыта. Поначалу норвежский лосось вызывал недоверие в Японии. Хотя северный лосось и был избавлен от паразитов, повернуть общественное мнение было непросто. Путём долгой дипломатии и переговоров Япония открыла свой рынок для сырого норвежского лосося, и он вошёл в японские рецепты как родной: рецепты с сырой рыбой в разных формах уже в местной кулинарной традиции были. Оставалось только встроить в них недостающую деталь. Хотя ещё 40 лет назад суши, маки или сашими из лосося в Японии были немыслимы.
Кстати, до сих пор практически весь лосось в Японии — импортный. Океан-то не холодеет. В Японии, конечно, научились выращивать чистый лосось на фермах, но мощностей на всю страну пока не хватает. До сих пор выгоднее импортировать.

🍣 Что же касается нигири (классических суши «комок риса + слайс рыбы сверху»), то они тоже не такие уж и классические. В таком виде они существуют лишь лет 150. До этого долгие века рыбу тоже клали на рис...но потом рис выбрасывали. Классические нигири были способом консервации рыбы без холодильника. Конечно, никакого лосося, в основном — макрель. Рыбу нарезали на маленькие кусочки, клали на кусок риса, заворачивали в лист хурмы и прессовали. Рис ферментировался, и это замедляло протухание рыбы. Антиспетические свойства листа хурмы усиливали этот эффект. Спустя несколько месяцев рыба оставалась относительно съедобной. Но вот рис становился таким противным, что его просто выбрасывали. Со временем появился рисовый уксус, и издеваться над рисом перестали, он тоже оставался съедобным.
Кстати, сегодня можно найти максимально близкие к оригиналу нигири-суши в Японии. Например, я видел такие в бенто на вокзале в Кумамото: в коробке были 5 нигири с макрелью, завёрнутые в лист хурмы. Но рис, конечно, в них был свежий, а хурма использовалась только для сервировки.
А вот «нигири с лососем», несмотря на свой образ самого чистокровного японского блюда, не является традиционным аж дважды: ни по ингридиентам, ни по форме. Но главное, что вкусно.

#Антон_и_Япония