Вся Россия: учится жить в азиатском векторе.
#Владивосток: смотрит на эти потуги как на первоклассника, который впервые увидел палочки для еды.

Владивостокцы в этом векторе родились. На дорогах праворульные японские машины, а корейский фастфуд и ледяной китайский Tsingtao занимают прилавки не то что в каждом супермаркете, но даже в приморских деревенских ларьках.

Кстати, путь доширака в России пролегал через Владивосток. Король похмельного утра причалил к нашим берегам в начале 1990-х вместе с приморскими моряками, которые начали массово завозить лапшу быстрого приготовления от корейской компании Binggrae. Первые партии несли фонетически беспощадное для русского уха имя «Досирак», так что позже маркетологи переименовали лапшу в благозвучный «Доширак».
В отличие от европейских стран, которые предлагали суп в бумажных пакетах, корейцы упаковали его в удобный пластиковый бокс и вложили туда вилку. Обедать им можно было хоть на строительной балке, хоть в портовом доке, хоть в офисе. На продажах «Доширака» и тоже-корейского «Чокопая» в России сколотили состояния многие известные во Владивостоке и России бизнесмены и политики.

Фото 4 – классический пикник туристов во Владивостоке: все – из супермаркета в спальном районе.

Остров Русский – это пространство чистой утопии.

Побывала на территории кампуса Дальневосточного федерального университета. Он расположен на острове Русский, куда можно добраться из центра #Владивосток на такси за 15-20 минут или на автобусе за час.

Территория ДВФУ настолько огромна, что обойти ее пешком за раз нереально, да это и не нужно – между учебных корпусов, общежитий, гостиниц, спортплощадок, ФОКов и столовых курсируют бесшумные шаттлы. Из любопытного есть магазин «Пятерочка» и поликлиника. Но главное изумление – это большой парк, спускающийся к побережью Японского моря, а еще набережная и пляж, на котором можно купаться с видом на островные мысы и Русский мост.

Кампус строили на о. Русский с 2009 по 2012 годы для проведения саммита АТЭС. Забавно, что с тех пор саммит здесь больше не проводился, зато какое наследие осталось. К тому же, с 2015 года здесь ежегодно проходит ВЭФ. Но до всех этих форумных времен остров был закрытой военной территорией. Гарнизоны покинули Русский в 1991 году, оставив ржаветь артиллерийские батареи, и до саммита АТЭС остров по большей части была заброшен.

Новую жизнь Русскому подарили построенные к 2012 году кампус ДВФУ и мост Русский, который соединил остров с материковой частью Владивостока. Резиденции для приглашенных на саммит АТЭС мировых лидеров сразу проектировали с прицелом на то, что потом они станут студенческими общежитиями, а залы заседаний – лекционными аудиториями. На все это ушло ~75 млрд рублей. Университет переехал сюда через год после саммита, в 2013-м. Имущество из прежних корпусов перевозили даже баржами по морю.

Расширение кампуса продолжается, есть план строительства до 2030 года. Но и сейчас студгородок производит сильное впечатление.
Говорят, один из самых престижных сегодня на базе ДВФУ – Восточный институт, крупнейший в азиатской части России центр подготовки экспертов по работе со странами Азиатско-Тихоокеанского региона: есть китаеведение, японоведение и корееведение. Как актуально. И практика под боком.

Попытка ли это пересобрать советскую мечту об идеальном наукограде? Возможно. Но созерцание Японского моря между парами – это точно запредельная роскошь.

Миллионка – это абсолютный genius loci во #Владивосток. Сто лет назад здесь, среди кирпичных лабиринтов, курили опиум и прятали контрабанду китайские рабочие, наводнившие город. Сегодня в этих фактурных подворотнях прописался
📍 «О май дак!» – небольшая обаятельная китайская забегаловка.

Открыли ее два товарища, которые прожили десять лет в Китае, а, вернувшись во Владивосток, загорелись идеей аутентичного заведения с уткой по-пекински. Меню лаконичное, без лишней мишуры, но главное блюдо, утка, очень хороша. Плюс классические китайские закуски: от свиных ушек и битых огурцов до древесных грибов и соевой спаржи.

Заказ на баре, а расчет, что любопытно, строго после еды, на доверии. Подача почти мгновенная. Заведение оберегает свой непубличный статус: для понимающих. Посадочных мест мало, сесть в выходные – квест. Зато есть опция подсесть к незнакомцам из местных и расспросить о жизни во Владивостоке за пинтой-другой. Так у меня случилось в первый визит. Второй раз привела сюда команду после морской экспедиции и мы славно посидели до закрытия, впитав дух старого портового города.

Помните весы «Тюмень» с огромный стрелкой и чугунными гирями, которые стояли буквально на каждом советском прилавке? Они внезапно реинкарнировались в виде свечей с ароматом ириски #сувенирнедели. В пару к ним бренд еще сделал «Тюменское печенье» с ароматом топленого молока.

Идея, конечно, трогательная, ведь в реальности весы пахли не печеньками с ирисками, а сырой рыбой и курицей, мокрой газетой, в которую заворачивали что угодно, и авторитетом продавщицы тети Люды.

Причудливо тасуется колода.
Общепит одарил нас бизнес-ланчами – доступным способом поесть, выскочив из офиса (или из музея, если вы, допустим, проводите отпуск в городе).

А ведь предтечей был табльдот – ‘хозяйский стол’, за которым усаживали обедать 10-12 человек и кормили всех одинаковыми блюдами.

Обычай этот пришел к нам в начале XIX века из Франции, как и прочие атрибуты сибаритства и гедонизма.

В знаменитом тогда в Петербурге ресторане «Андрие» табльдот начинался в 16:30. За столом собирались министры, генералы и статские, графы, князья, купцы, писатели и «были угощаемы простым здоровым вкусным обедом с хорошим вином вволю». Отдельного меню не было, гости ели то, что сегодня приготовил шеф-повар.

Типичный обед-табльдот состоял из пяти-шести перемен блюд. На закуску подавали, скажем, заливную стерлядь или филе индейки с трюфелями, а также пирожки или кулебяку. Затем бульон и рыбное блюдо: осетрину с хреном, допустим. На горячее выносили жаркое из рябчиков с брусничным взваром и цветную капусту в соусе голландез. На десерт – ореховое парфе или фруктовое желе с чаем и кофе.

Стоил такой дореволюционный бизнес-ланч 2 рубля 50 копеек. В переводе на нынешние деньги это примерно 4.000-6.000₽.

Тот случай, когда ланч – реально бизнес.

— В чем прикол, где выгода?
Дело в том, что табльдот считался бюджетным, не потому что был доступен для бедняков, а потому, что стоил дешевле в своем классе. Стандартный обед по меню в «Андрие» обходился почти в два раза дороже. А тут, бонусом к более низкой стоимости, еще и не приходилось ожидать заказ – все блюда были готовы к означенному часу. К тому же, за столом собирались персоны самого разнообразного влияния – от чиновников до литераторов, так что табльдот был еще и доступным способом завести полезные связи.

Бюджетные табльдоты тоже существовали – в пансионах, кухмистерских и недорогих гостиницах. В отличие от ресторанов, здесь подавали простую домашнюю еду за 20-40 копеек: вместо рябчиков и стерляди – щи или борщ, гречневую кашу с салом, котлеты и компот. Студенты и мелкие клерки вроде как даже покупали месячные абонементы на обеды. Это гарантировало им ежедневно горячий суп и кашу.

Конец табльдотам, как и много чему в России, положила революция 1917 года. И настал век общественных столовых с самообслуживанием.

Видеть красоту в обыденном – навык, который нас спасет.

Во время велосипедного путешествия из Лондона в Санкт-Петербург в 2002 году канадский фотограф Кристофер Хервиг обратил внимание на причудливую архитектуру автобусных остановок советского периода и стал фотографировать самые необычные из них. Так неожиданно появился фотопроект, который Хервиг снимал аж до 2015 года. За 12 лет он проехал ~15.000 км по России и ~30.000 км по территории стран бывшего СССР.

Фотоальбомы до сих пор есть в продаже. А советские автобусные остановки стали феноменом.

«Они заставили меня понять, что Советскии‌ Союз – не только клише, к которому мы привыкли на Западе. За железным занавесом не просто жили миллионы людей‌, они любили, мечтали, всеми силами расширяли доступные границы творчества и пытались поделиться им с согражданами».

Мы отправились на край света всей семьей

— напишет спустя много лет в мемуарах балерина Майя Плисецкая про жизнь на Шпицбергене. В 1932 году, когда ей было шесть лет, Отто Шмидт назначил ее отца Михаила Плисецкого начальником угольных рудников на Шпицбергене, и вся семья – отец, мать, Майя и брат – отправилась на далекий остров.

«Из Осло путь лежал пароходом в Баренцбург. Вез нас советский ледокол «Красин», два раза в год совершавший этот полярный марафон. По календарю было лето. Но все две недели плавания безбожно штормило…Если у Гоголя летали гробы, то у нас с крыльями были чемоданы.
…
Нам выделили помещение в доме советской колонии. Он располагался на самом краю поселка. Дальше сразу начинались горы.
…
Чего было на Шпицбергене в переизбытке, так это снега. Чистый, белый, хрустальный, светящийся снег. С лыж я не слезала. Не чувствуя времени, до середины ночи я слетала, карабкалась ввысь, вновь слетала с причудливых извилистых гор. Зазвать меня домой не было никакой возможности.
…
Еще помню шпицбергенские ветры. За минуту они сбивали человека с ног, и его заносило снегом. В такие шквальные дни люди ходили цепями, держась за руки, человек по двадцать-двадцать пять».

Прочитать историю Плисецкой о Шпицбергене целиком можно здесь.

Любопытно, что именно в советском Баренцбурге состоялся первый выход Майи Плисецкой на сцену. В местном самодеятельном театре поставили оперу Даргомыжского «Русалка», и Майе дали главную роль.

Плисецкие прожили на Шпицбергене четыре года, в 1936-м Михаила Плисецкого отозвали со всех должностей, отправили на материк и расстреляли по доносу осведомителей из Баренцбурга. Майя позже попала в Москву, где закончила балетное училище и поступила на службу в Большой театр.

Провела битву пожарских котлет в Торжке:

котлета из лучшего ресторана против котлеты из монастырской трапезной

#Торжок, бывший пару столетий назад одним из главных перевалочных пунктов на пути из Санкт-Петербурга в Москву, считается родиной котлет. Приготовили их впервые в Гостинице Пожарского. Кто автор рецепта и по какому поводу он был придуман, версии разнятся – от Романовых до нищих французов. Прославил же котлеты Пушкин, советовавший их в письме другу.

В ресторане «Оникс» пять видов пожарских котлет: есть даже из рыбы и суп с котлетами. Классическая – 495₽. Корочка тонкая, хрустящая, внутри рубленое мясо, сочное. 5/5

В трапезной Борисоглебского монастыря у местных пользуются спросом медовуха и настойки от батюшки. Я тоже решила мимо не проходить и к пожарской котлете – 250₽ взяла медовуху 0,5 – 350₽. Котлета достойная: корочка идеально хрустит, мясо рубленое, посуше, чем в «Ониксе», но со сливочным маслом внутри. Медовуха хороша, с кислинкой, 13%.
5/5 за комплект.

Медовуха неумолимо клонила победу в сторону трапезной, но ваш админ не поддался.

В 📍 Музее-заповеднике «Горки Ленинские» запустили экскурсии о судьбе одной из самых обсуждаемых женщин дореволюционной Москвы, Зинаиде Морозовой. В 18 лет она решилась она подала на развод, спровоцировав громкий скандал в купеческих и светских кругах. А позже вышла замуж по любви за знаменитого промышленника и мецената Савву Морозова. А потом вышла замуж еще раз и приобрела усадьбу «Горки», где провела несколько лет жизни. Впрочем, приезжайте, узнаете все сами. Но имейте в виду, что эта экскурсия будет только до конца марта.

Побывала в штаб-квартире Русского географического общества в Москве.

Это место мне всегда казалось неприступной альма-матер для своих. Когда-то так и было. Но сейчас даже не нужно быть членом РГО, чтобы попасть в зад заседаний попечительского совета и посидеть в кресле Владимира Путина, Олега Дерипаски и Сергея Лаврова.

Каждую неделю для всех желающих проводят
• экскурсии – 2.000₽ за билет;
• бесплатные лекции в красивом камерном зале – анонсы в группе

В Петербурге у РГО тоже есть штаб с уникальными в мировом масштабе научной библиотекой и архивом документов. В том числе, например, рукописный дневник Николая Миклухо-Маклая, старинные географические карты и пр. В московском РГО не так много артефактов, хотя ценные издания под замками тоже стоят. И ледоруб советского альпиниста Евгения Абалакова, с которым он взошел на все вершины СССР, произвел на меня впечатление.

Штаб-квартира в Москве – скорее административный центр для встреч попечительского совета, пленарных заседаний, просветительских проектов. Тем не менее про историю и миссию РГО рассказывают славно, и атмосфера в кабинетах и коридорах соответствующая.

Любопытный факт!
Карта на глобусе в РГО обновляется быстрее, чем где-либо в России. И в мире тоже.

Я могла бы просто подписать эти фотографии, мол, вот как роскошно кормят гостей в @kitovybereg. Но история проникновения крабов в Мурманскую область достойна того, чтобы ее узнать.

Шанс, что камчатский краб захочет размножаться за полярным кругом, ничтожно мал, но никогда не равен нулю. Так подумали советские ученые в 1930-х и купили крабу билет в один конец: из Охотского моря в Баренцево. А краб наш дальневосточный, не будь дураком, плацкартом через всю страну ехать не захотел. Живым во всяком случае. Поэтому великое переселение состоялось значительно позже, когда крабам взяли билет на самолет. Не в бизнес-класс, конечно, там краб окажется уже в современной истории. Но и в грузовом отсеке для начала неплохо, знаете ли. В общем С 1961 по 1969 годы в Баренцево море выпустили ~13000 крабов и 1,5 млн личинок.

Биологи опасались, что условия севера слишком суровые для товарища с Дальнего Востока. Но краб не выпендривался и мягко адаптировался. Поиграл на нервах у норвежцев, пожрав в их акватории морских звезд и ежей, моллюсков, планктон. Ну, а нам что, главное, советский план выполнили. К 2000-м краб знатно размножился, и началась его промышленная добыча. К 2010-м численность краба в Баренцевом выросла еще в пять раз.

Словом, есть Камчатский краб на арктическом столе. И в супе, и в салате. Вкусный – невозможно! Амбициозные все-таки люди жили в СССР.

Доброе утро с полярной станции «Северный полюс-3», дрейфующей очень близко к Северному полюсу —> к северу от острова Врангеля и побережья Чукотки: 85°58'N 178°00'W

На дворе льду 1955 год.

На станцию был командирован известный советский фоторепортер Яков Рюмкин, который подготовил «закрытый» фотоальбом для демонстрации хода экспедиции руководящим органам СССР. Потом эти снимки были изданы отдельным фотоальбомом #Арктика.

Кстати, Баренцевым море зовется в России только последние 90 лет. До этого оно было и Мурманским, и Сиверским, и Московским (?!), и Ледовитым, пока в 1935 году не вышло Постановление ЦИК СССР, закрепившее географические наименования и границы морей Северного Ледовитого океана.

Первые кадры из #Арктика (им почти 100 лет!) чудесным образом подгрузились в Максе.

Пока зима не кончилась, успею показать вам материал с Еленой Летучей на льду Байкала из журнала премиальной сети отелей RODINA Hotels, который я сделала как шеф-редактор. Помимо прочего, взяла несколько интервью, написала эссе про историческое значение бани для русского человека и всплеск моды на парения (думаю, выложить его в канал), а еще про интересные и трогательные новогодние обычаи народов Тувы и Прибайкалья, у которых, кстати, сегодня наступил новый год!

Страшно сказать, этот номер уже разлетелся по России – от Сочи до Владивостока. Получилось у нас красиво и интересно, горжусь этой работой.

Почти эксперт в мире прекрасного – не приговор, конечно, но диагноз, с которым стоит поработать. Решила пройти тест «Сможете ли вы разгадать тайны великих полотен» на сайте «Синхронизации». Со временем Дали и ухом Босха совладала, а вот даму с гранатом не сдюжила. Искусство можно постигать всю жизнь, и это прекрасно.

Оцените и вы, насколько хорошо разбираетесь в скрытых смыслах картин, пройдя тест, а 18 февраля подключайтесь онлайн на бесплатный мастер-класс: «Как сделать жизнь ярче через искусство: что изучать и как применять на практике».

На нем историк искусства, магистр Сорбонны, академический директор «Синхронизации» Ольга Чуворкина затронет темы:

• Малевич: не квадратом единым, или что важного оставил после себя художник.

• Великий и ужасный Босх: каким он видел ад и какие символы художника вы могли не понять.

• Как говорить на одном языке с ценителями искусства и не чувствовать себя глупо.

• Как прийти в искусство и начать зарабатывать.

Узнайте, как искусство не только вдохновляет, но и несет практическую пользу для жизни.
Записывайтесь на бесплатный мастер-класс по ссылке!

Один из самых смешных гербов принадлежит Коле, городу в Мурманской области. Лохматого кита оставила ему в наследство еще Екатерина Великая, посчитав, что в таком холоде у китов непременно должна быть шерсть.

Самый, пожалуй, неординарный музей на моей практике, потому что он с перегаром.

А еще потому что он – клуб. «Клуб-музей Котельная Камчатка» на Петроградке в #Петебруг – это бывшая котельная, прославившаяся тем, что здесь работал кочегаром Виктор Цой. Остались даже листочки с графиком смен, в которых он отмечался, почетно висят возле уборной. Много чего осталось на самом деле: и гитара Цоя, и фотографии, и кассеты, записки – все здесь можно поразглядывать, пускают бесплатно. Вечером заведение работает как клуб, на небольшой, но гордой сцене выступают с репертуаром группы «Кино» молодые рок-музыканты и, судя по стойкому алкогольному шлейфу в два часа дня, концерты проходят на ура.

Как ‘музей’ место маргинальное, но зато здесь память о человеке, его творчестве реально живет, реинкарнируется в новые формы и сущности. Поклонники Цоя заходят даже с детьми, покупают пластинки, фоткаются с его гитарой. Наверное, именно так, а не мумификацией под стеклом, и воплощается то самое «Цой жив!» #вотэтомузей