Начала чистить галерею и на кинулась на серию фоточек из супермаркета Милана

Оставлю здесь, чтобы в следующем году сделать замеры. Наверняка у них не такая бешеная инфляция как в Турции 🥲

Позавидовала стендам с рыбкой и сырами. У нас в шаговой доступности такого счастья нет

В чатике @chinaguidechat протестировали тот самый ресторан, в котором подают только три котлеты — Hikiniku to Come (挽肉と米). Он есть в Гонконге, Гуанчжоу, Шэньчжэне и Шанхае, а сама сеть родом из Японии.

Концепт в том, что котлеты лепятся из рубленого мяса вагю и подаются курсом. Первую едят без добавок, вторую — с понзу и дайконом, третью — с яичным желтком и соевым соусом.

Котлеты готовят прямо перед вами и подают новые по мере съедения. Можно брать безлимитный рис, мисо суп и специи.

Место очень популярное, поэтому на вход всегда стоит очередь. После обеда и ближе к вечеру попасть бывает проще.

Чтобы найти кафе, вбейте в поиск в amap 挽肉と米 или посмотрите все адреса на сайте.

В Фонде Serralves в Порту проходит выставка невероятной эмоциональной заряженности — о том, как проговаривание травмы может стать лекарством от повторения ошибок прошлого.

Один из крупнейших коллекционеров современного искусства, промышленник Кристиан Дюркхайм, передал фонду на 15 лет 37 самых масштабных работ своей коллекции, одну из которых – гигантскую картину размером 17 на 3,3 метра «Dat rosa mel apibus» (в переводе с латыни — «Роза дает пчелам мед») Ансельма Кифера – подарил музею. Всего на выставке «Томление духа» 90 первоклассных работ из коллекции, остальные привезли временно. Саксонский аристократ Кристиан Дюркхайм родился в 1944 году. Во время войны его семья потеряла всё и была вынуждена начать жизнь заново на руинах поверженной Германии. Быстро добившись успеха благодаря предпринимательскому таланту, Дюркхайм уже в 1960–70-е начал поддерживать немецких художников, коллекционируя их работы. Причем выбирал самые драматичные и тревожные из них — таких художников, как Георг Базелиц, которые рассказывали о том, какой след война оставила в их жизни и в обществе. Позже переключился на международные имена, но с той же эмоциональной наполненностью. На выставке в Порту зрителям приходится пройти через внутренности разрезанного пополам быка — «Отца» Дэмиена Херста, присутствовать на «тайной вечере» с апостолами-даунами Рауфа Мамедова, увидеть написанную пеплом площадь Тяньаньмэнь Чжана Хуаня и испепеленный аэропорт Темпельхоф Ансельма Кифера, оказаться на параде, прошедшем накануне гибели экипажа подводной лодки «Курск» (Роман Буксбаум), увидеть настоящую автобусную остановку у «Освенцима» («Убежище» Даррена Олмонда) и попасть в ад для нацистов, созданный братьями Чепмен («Конец веселья» — прозрачные кубы в форме свастики, занимающие целый зал, внутри которых игрушечные нацисты истребляют друг друга в лучших традициях Босха). Все болезненные вопросы, поднятые на этой выставке, имеют отношение отнюдь не только к далекому прошлому. Они про жизнь в мире, пребывающем в состоянии постоянной катастрофы. Но если проговаривать травму, можно хотя бы не сойти с ума — и попытаться не допустить рецидивов.