Globe Trotter

Спиральная лестница в отеле Rome Cavalieri, a Waldorf Astoria Hotel, спроектированная Франко Альбини и Франкой Хельг в 1963м.

Тогда этот отель назывался Cavalieri Hilton. Забавно, что уже через год Альбини и Хельг внедрят такие поручни на первой линии миланского метро. Проект М1 считается классикой итальянского модернизма 1960-х. Был такой классикой и Cavalieri Hilton, что сегодня не так хорошо заметно из-за чрезмерного старания навести уют.
1.3K
отелиевропаиталияримкультура
Globe Trotter

Женщины, наблюдающие за улицей из машрабийи в Каире, 1880е.

Машрабия – это узорные деревянные решетки, закрывающие балконы. Через них поступал свежий воздух, они же защищали от солнца, они же были своего рода вуалью для женщин, которые не хотели, чтобы их видели. Сейчас в Каире такие сохранились только в исторических зданиях, например, музее Гайер-Андерсона.
2.6K
культураархитектураисторияегипеткаир
Globe Trotter

Португальская пресса вышла с кликбейтными заголовками о том, что знаменитый книжный магазин Лелу (Livraria Lello) в Порту закроется после того, как ему присвоили статус национального памятника.

На самом деле он закроется на неделю — в рамках работ по интеграции соседнего здания, которое станет частью магазина. Это проект архитектора Алвару Сизы Виейра; он откроется позже в этом году.

Но вот что действительно интересно, так это то, что статус национального памятника, наконец, был утверждён на заседании Совета министров Португалии 26 января 2026 года. Он сменил прежний статус памятника общественного интереса, присвоенный 13 лет назад.

Теперь книжный магазин Лелу в одной лиге с Монастырём Жеронимуш, Дворцом Пена и Коимбрским университетом. В нём ничего нельзя менять, он охраняется со всей строгостью, но и может рассчитывать на господдержку, когда понадобится реставрация.
2.6K
европакультураархитектурапортугалияистория
Globe Trotter

Ничего удивительного, если вы не слышали о The Whiteley, одном из исторических универмагов Лондона. Он давно не работал. Но сейчас о нем снова заговорили.

Начав бизнес с небольшого магазина тканей в 1863 году, Уильям Уайтли в 1911м открыл огромный универмаг в концепции поставщика всего «от булавки до слона», конкурент Harrods, Selfridges и Liberty. Его фасад с куполами и башенками стал классикой эдвардианской архитектуры и сегодня имеет охранный статус.

В 1981 году Whiteley закрылся, а в 2015м началась его масштабная реновация уже в новом качестве для нового владельца – Маркуса Мейера (ему же принадлежит Burlington Arcade). Foster + Partners сохранили знаменитый фасад, купол и центральную лестницу, но внутри теперь рестораны, клубные пространства, апартаменты – и гостиница, занимающая четверть здания.

Первый в Великобритании отель сети Six Senses откроется здесь 1 марта. Роскошный отель в Бэйсвотер – звучит смело, таких здесь отродясь не было, но сам комплекс, купленный и обновленный новым владельцем за полота миллиарда (!) фунтов, вполне может стать магнитом в этом районе. Я только что прочитал бесконечно длинную статью о Six Senses London в Financial Times, что говорит о том, что MARK Capital Management (так называется компания Мейера) денег на раскрутку проекта не жалеет.
2.8K
люксотелиевропаархитектуралондон
Globe Trotter

#кинонавыходные
Фильм “Перепутав все кары” (Toutes peines confondues, 1992) Мишеля Девиля - шедевр формализма, который при этом обладает линейным сюжетом, пусть и не всегда логичным.
Полицейский (Патрик Брюэль) ведет дело об убийстве и наркоторговле. Однако его главный подозреваемый (Жак Дютрон), в чьей вине не приходится сомневаться, столь импозантен, тонок вкусом и жив умом (как и его помощник по особым поручениям - Брюс Майерс), что флик буквально любуется им, но больше - его женой (Матильда Май), и не спешит предъявлять обвинения.
Примечателен фильм не столько тем, что в нем играют два знаменитых французских певца, не по тому даже, что его герои демонстрируют, как на самом деле нужно носить костюм, а из-за предельно эстетизированного пространства, в котором они обитают.

Я насчитал тут почти два десятка знаковых произведений дизайна, включая столик Е1027 Эйлин Грей, кресло Wassily Марселя Брейера (Knoll), кресла LC2 и LC1 Ле Корбюзье (Cassina), столик Alanda Паоло Пива (B&B), лаунж-кресло Имзов (Vitra). Однако что действительно впечатляет, так это количество дизайнерских ламп - их тут не меньше десятка. Выбрал самые знаковые из них. Это шедевр Баухауса - Wagenfeld WG 24 (Technolumen), Pipistrello Гаэ Ауленти (Martinelli Luce), Delmas, Washington Жана-Мишеля Вильмотта (Lumen Center), индустриальная лампа Луиса Солера 1960-х годов и муранская лампа-арлекин 1980-х.
На модернистские интерьеры мы смотрим модернистским взглядом, благодаря выдающейся операторской работе Бернара Лютика и монтажу, а также музыке Шостаковича.
2K
франциякультураархитектураискусстводизайн
Globe Trotter

Монастырь Сент-Мари де Ла Туретт стоит на холме неподалёку от Лиона. Его спроектировал Ле Корбюзье для доминиканского ордена; строительство завершили в 1960 году.

Здание выполнено из необработанного бетона — того самого béton brut, с которым связывают рождение брутализма. Корпуса образуют строгий прямоугольник вокруг внутреннего двора. Галереи приподняты на опорах, рельеф участка сохранён, и с верхних этажей открывается вид на зелёную долину. Внутри — кельи монахов: узкие комнаты с умывальником, встроенным шкафом и балконом. Обстановка предельно простая, рассчитанная на тишину и сосредоточенность.

Центр комплекса — церковь с асимметричными объёмами и глубокими световыми проёмами. Свет проникает через цветные вставки и узкие щели под потолком; в разное время дня бетонные стены меняют оттенок. Здесь проходят богослужения доминиканцев, а в остальное время пространство открыто для посетителей.

Ла Туретт действует и сегодня: в монастыре не только живут, он также работает как отель – предельно аскетичный. Но остановиться здесь могут не только католические паломники, но и кто угодно, кого не смутят условия: гостям предлага.тся точно такие же кельи, как у монахов. Зато всего за 62 евро можно получить кровать и завтрак. Еще за 20 евро приготовят обед или ужин с вином и кофе.

С 2016 года Ла Туретт входит в список Всемирного наследия ЮНЕСКО как часть серии построек Ле Корбюзье. Шестьдесят лет спустя здание по-прежнему выглядит радикально, но при этом, как мы видим, аскеза здесь – не помеха гостеприимству.
1.8K
путешествияевропафранциякультураархитектура
Globe Trotter

Пока Порту накрывает циклон за циклоном, коротаю время в музеях.

Зашел в одно из самых прекрасных мест в городе, о котором не знают туристы. Это Центр искусств Casa São Roque, он находится немного на отшибе, рядом с прекрасным парком с очень фотогеничным лабиринтом и садом с камелиями. Вся эта территория когда-то принадлежала семье производителя и экспортера портвейна Рамуша Пинто. Здесь располагались охотничьи угодья с домиком, который в начале XX века перестроил автор вокзала Сан Бенту, архитектор Жозе Маркеш да Силва, увлекавшийся французским историзмом и бельгийским модерном.

Теперь на этом месте городской парк и музей. Безупречно отреставрированное здание интересно само по себе. А сейчас там еще и выставка работ немецкой художницы Керстин Брэтч. Они довольно писходелические, напоминают тест Роршаха и очень подходят этой немного декадентской вилле. Идеальное место для тихой прогулки вдали от городского шума.
2.2K
европаприродакультураархитектурамузеи
Globe Trotter

Вот такое панно Жоан Миро сделал для ресторана Gourmet Room в отеле Terrace Plaza в Цинциннати в 1948м.

11-этажный отель располагался прямо наш шоппинг-моллом – новшество, во многом опередившее время. А ресторан выглядел как стеклянный павильон, выдвинутый из корпуса здания на 20-м этаже.

Ресторан закрылся еще в 1970е, отель в 2008м, здание переформатировали в офисное. Оно сейчас защищено как памятник архитектуры модернизма. А панно Миро демонтировали и перевезли в Cincinnati Art Museum.

Кстати, в эту пятницу на вилле Serralves в Порту открывается выставка "Жоан Миро и коллекция Serralves", где работы каталонца будут показаны в диалоге более поздними поколениями художников. Вообще в Португалии довольно крупная коллекция Миро, 85 работ. Она досталась государству от обанкротившегося банка BPN и была передана Фонду Серралвеш для хранения.
2.1K
европакультураархитектурамузеисша
Globe Trotter

Palazzo Scarpa в Вероне — один из последних шедевров Карло Скарпы, законченный уже после смерти архитектора, в 1981 году.

Изначально проект был разработан для Banca Popolare di Verona, теперь это штаб-квартира банка BMP. Сейчас, в основном, его интерьером наслаждаются банковские служащие. К счастью, иногда банк открывает свои двери и для частных экскурсий или в специальные архитектурные дни, например, под эгидой FAI. Конечно, попасть сюда сложнее, чем на фейковый балкон Джульетты, но попытаться стоит.

📷 Clemente Vergara
2.4K
италияархитектурамузеиискусстводостопримечательности
Globe Trotter

Транспортный мост в Марселе, так вдохновлявший авангардистов 1920х. Был взорван немцами при отступлении в 1944м.

📷 Herbert List
2.5K
европафранциятранспортфотографияархитектура
Globe Trotter

Недавно писал о фильме «Камомэ», своеобразном признании в любви японки-режиссера к Хельсинки, и вот появился еще один повод вспомнить о нем: день рождения архитектора Алвара Аалто.

В одной из сцен героиня идет в книжный магазин, в который интегрировано кафе. И там замечает другую японку, читающую книгу Туве Янссон о муми-троллях. Так вот, это Café Aalto, имеющее к великому архитектору самое прямое отношение.

Правда, история Café Aalto начинается не с открытия, а с закрытия. В середине 1980-х в Хельсинки прекратило работу популярное кафе в здании Rautatalo на Keskuskatu — одном из ключевых проектов Алвара Аалто, завершённом в 1955 году. Дом задумывался как сочетание офисов и магазинов, а его сердцем стал Marmoripiha, «Мраморный двор», — светлое внутреннее пространство, где долгие годы работало кафе и кипела городская жизнь.

К середине восьмидесятых ситуация изменилась. Аренда офисов в центре резко подорожала, финансовое положение Rautatalo ухудшилось, а городская культура сместилась на улицы: в Хельсинки начали появляться новые кафе европейского типа, и внутренний двор перестал быть местом притяжения. Когда стало ясно, что будущее Marmoripiha под угрозой, а вместе с ним — оригинальные интерьеры и мебель, Союз архитекторов Финляндии в 1985 году подал прошение о защите здания по закону об охране памятников. Решение было принято, но лишь в 1991-м. К тому моменту кафе в Rautatalo уже закрылось — бизнес оказался нерентабельным.

Мебель из закрывшегося кафе выставили на аукцион. Её выкупил универмаг Stockmann и передал Фонду Алвара Аалто. Вскоре у Stockmann появился новый проект: кафе в Kirjatalo, «Книжном доме» на Pohjoisesplanadi, построенном Аалто в 1969 году. Фонд разрешил использовать историческую мебель, архитектором пригласили Роя Мянттяри, а Элисса Аалто дала согласие на использование имени Aalto и стала своеобразной крёстной матерью нового заведения. В интерьер добавили и стулья Ant Chair Арне Якобсена — знак времени и диалога скандинавских дизайнеров.

Предпринимательницей стала Майя-Лийса Сьёберг. Café Aalto открылось 16 ноября 1986 года и с самого начала было семейным делом. Таким оно остаётся и сегодня, уже во втором поколении: кафе, выросшее из утраченного пространства Rautatalo, сохранило дух архитектуры Аалто и спокойный ритм хельсинкской жизни.

Кстати, на фильме "Камомэ" связь этого кафе с Японией не заканчивается: недавно Café Aalto открыли в Токио.
1.9K
японияевропакультураархитектуракафе
Globe Trotter

В копилку самых красивых книжных – Guinti Odeon Library and Cinema во Флоренции. Несколько лет назад старый кинотеатр превратили в мультифункциональное пространство, где читают, смотрят кино, общаются и просто находятся.

Будете во Флоренции, обязательно загляните – купить книгу, красивую канцелярию или перевести дух в прекрасной атмосфере.

don’t tell me about yourself just show me your books

📍1 Piazza degli Strozzi, Florence, Italy

#unjour à Florence
1.9K
европаиталиякультураархитектурадостопримечательности
Globe Trotter

Недавно посмотрел симпатичный фильм о том, как японка Сачиэ открывает онигири-ресторан в Хельсинки и с большим трудом завоёвывает доверие финнов.

Фильм называется «Камомэ» (Kamome Diner, 2006), его сняла Наоко Огигами под явным влиянием Аки Каурисмяки. Этого влияния она и не скрывает — в одной из ролей у неё снимается Маркку Пелтола («Человек без прошлого»). Так или иначе, симбиоз японского и финского получился удачным: по-хорошему медитативным, с неожиданными комедийными ситуациями. Например, одна из героинь, планировавшая уехать в Токио, получает от случайного прохожего в подарок кота и понимает, что теперь придётся остаться. Да и в целом японцы в фильме такие же невозмутимые, как и финны.

И вот пока финны никак не распробуют онигири, у Сачиэ появляется много свободного времени, которое она коротает в роскошном общественном бассейне. Оказывается, это культовое для Хельсинки место, которое последние два года реконструировали и собираются открыть на следующей неделе. Бассейн Ирьёнкату (Yrjönkatu) назван по имени улицы, на которой он находится. Он появился в 1928 году и стал первым крытым бассейном в Финляндии. Архитектор Вяйно Вахакаллио задумал его как культурно-оздоровительный центр, где можно было пройти медосмотр, почистить обувь, сходить в ресторан и даже на танцы. Со временем от большинства этих функций отказались, но в новой версии появятся общественные и частные зоны, которые можно арендовать для компании, а также тренажёрный зал и ресторан. Посещение обычной, не VIP-зоны бассейна более чем доступно — всего 6 евро за 2 часа, в течение которых можно пользоваться шкафчиком для вещей, бассейном и сауной.
3.2K
японияуличная едакультурарестораныархитектура
Globe Trotter

Почти столетие спустя модернистская Villa Beer в Вене впервые откроется для публики. Ее автор - легендарный архитектор и дизайнер Йозеф Франк. Он построил виллу совместно с Оскаром Влахом в 1929-30 годах для пары коллекционеров искусства Юлиуса и Маргарет Бир. Что необычно - из кирпича, а не из бетона. В отреставрированных пространствах появится и текстиль, разработанный Франком для шведской компании Svenskt Tenn, где он работал долгие годы.

#вена #йозеффранк #новыймузей
2.1K
австриякультураархитектурамузеиистория
Globe Trotter

Когда человечество отмечало 150-летие со дня рождения Адольфа Лооса, автора книги «Почему мужчина должен хорошо одеваться», я пустился в путешествие по спроектированным им домам и вроде бы посмотрел все, что было открыто для публики.

Но одну виллу пропустил и только вчера посетил ее впервые. Это вилла семьи Винтерниц в роскошном районе Мальвазинки.

Случайно получилось, что был день освобождения Освенцима — лагеря, в котором оказались владельцы дома — преуспевающий адвокат Йозеф Винтерниц, его жена, сын и дочь.

Винтерница и его сына сразу отправили в газовую камеру, а жена и дочь выжили, но виллу им уже не вернули: коммунисты устроили там детский сад и все привели в негодность.

Теперь для туристов дом восстановили примерно так, как его задумал Лоос, причем есть ощущение, что хозяева просто вышли на минуту: всюду их вещи, застелена постель и т. п. Всему этому противоречат зловещие гномы скульптора Курта Гебауэра, но девочка на слишком большом стуле, напоминающая картину Бальтюса, понравилась бы Лоосу, который был педофилом.

Это его поздний проект, сделанный в соавторстве и не слишком изощренный, хотя огромная двухуровневая гостиная спроектирована интересно. Так что главный эффект — ощущение, что тебя, несмотря на твое благополучие, могут в любой момент отправить в концлагерь. Но в наши времена такое понимание должно быть у каждого здравомыслящего человека.
2.1K
европаавстриякультураархитектураистория
Globe Trotter

Двери на Севере Африки завораживают.

В традиционных домах фасады почти глухие: маленькие окна или их полное отсутствие связаны с культурой приватности и устройством жилья, где основная жизнь разворачивается во внутреннем дворе. Поэтому двери подчеркивают переход от публичного к частному.

Их чаще всего делают из плотного дерева — кедра или туи — и усиливают металлическими накладками. Кованые гвозди и пластины одновременно укрепляют полотно и образуют орнамент. Узоры подчинены исламской геометрической традиции, а в Марокко и Алжире к ним добавляются берберские защитные знаки, связанные с представлениями о доме как о границе, требующей защиты.

Полукруглая форма – знак сакрального защищенного пространства. И отсылка к архитектуре храмов и дворцов.

На фото: двери в Алжире, Тунисе, Шефшауэне, Сиди-бу-Саиде.
2K
культураафрикаархитектуратрадициимарокко
Globe Trotter

Игра света и тени в здании Министерства здравоохранения в Рио-де-Жанейро. Новый архитектурный язык разработала команда архитекторов под руководством Лусио Косты, наставника Оскара Нимейера. 1960.

📷 René Burri
3.2K
путешествиякультураархитектурабразилияискусство
Globe Trotter

Купить дворец под арт-галерею? Легко, если вы Hauser & Wirth.

В начале 2026 года международная арт-галерея Hauser & Wirth приобрела Palazzo Forcella De Seta в Палермо и объявила о начале его реставрации. Дворец стоит в квартале Кальса, прямо на набережной Тирренского моря, и выглядит как архитектурный коктейль из всего, что когда-либо происходило на Сицилии: арабо-норманнские мотивы, готика, неоклассика. Построили его в XVIII веке, но внутри сохранились элементы XVI столетия, включая исторические ворота Porta dei Greci.

На Сицилии до сих пор не было мега-галерей. Однако после успеха "Белого лотоса" здесь появилось гораздо больше американцев и, видимо, появился рынок для крупных галеристов. Это будет уже 18я галерея Hauser & Wirth в мире. Кстати, у ее владельцев уже есть опыт работы с необычными пространствами.

На острове Илья-дель-Рей в порту Маона на Менорке они открыли арт-центр в зданиях бывшего морского госпиталя XVIII века. Там восемь галерей, скульптурная тропа под открытым небом и сад по проекту ландшафтного дизайнера Пита Аудольфа. До острова можно добраться только на лодке — то есть чтобы посмотреть выставку, нужно сначала совершить морскую прогулку.

В английском Сомерсете галерея обосновалась на заброшенной ферме Durslade в городке Брутон. Выставочные залы разместили в отреставрированных фермерских амбарах XVIII века, рядом разбили сад (снова Пит Аудольф), поставили павильон архитектора Смильяна Радича, а ещё открыли ресторан и фермерский магазин с местными продуктами. Получилось что-то среднее между галереей и сельским клубом для любителей искусства.

В Стране Басков они партнёрствуют с музеем Chillida Leku — местом, которое испанский скульптор Эдуардо Чильида создал при жизни на месте сельского дома XVI века недалеко от Эрнани. Парк занимает 11 гектаров, и в нём стоят больше 40 монументальных скульптур среди холмов и деревьев.

Стратегия, когда искусство живет не в белом кубе, а взаимодействует с историей и контекстом, замечательная, можно только приветствовать. Иногда сам факт открытия галереи в таком месте может стать поводом туда оправиться.
6.5K
путешествияевропаиталиякультураархитектура
Globe Trotter

В Шанхае, в музее Power Station of Art, заработал Espace Gabrielle Chanel — публичное пространство для чтения, исследований и встреч, посвященное современному искусству, культуре, дизайну и философии. В коллекции — около 10 000 тысяч книг и каталогов можно брать прямо с полок, еще около 50 000 томов доступны через библиотекаря.

Архитектур Казунари Сакамото спроектировал пространство как непрерывный ландшафт — с плавными подъемами, «долиной книг» и видами на реку Хуанпу. Здесь есть не только читальные зоны — не обошлось без выставочного и театральных залов. Chanel в этом проекте выступает не как модный дом, а как культурный продюсер — аккуратно и последовательно инвестирующий в инфраструктуру знания.
3.9K
китайшанхайкультураархитектурамузеи
Globe Trotter

Пока в Порту идёт выставка японского архитектора Кенго Кумы, в Киото готовится к открытию отель по его проекту.

Весной 2026 года в Киото откроется Capella Kyoto — отель на 89 номеров в районе Миягава-тё, рядом с храмом Кэнниндзи и театром Кабурэндзе, где выступают гейко и майко. Проект занял территорию бывшей начальной школы: её не снесли, а переосмыслили как пространство «обучения и культурного опыта».

В основе — логика традиционного киотского мати-я (городского деревянного дома с узким фасадом и внутренними двориками): последовательность порогов, переходов и камерных пространств. В центре — открытый двор с сохранённой сакурой и сценическим навесом карахафу (волнообразный фронтон, характерный для храмов и театров), отсылающим к церемониальной архитектуре. В отеле шесть сьютов с приватными онсэнами (термальными купальнями), а также Auriga Spa с отдельными купальнями, саунами и процедурными кабинетами.

Отдельный акцент — культурные программы для гостей. Среди них — визит в закрытую очая (традиционный чайный дом Гиона) с выступлением майко, мастерская по изготовлению гета (традиционной деревянной обуви) в 150-летнем ателье и знакомство с техникой уруси (японским лаком из сока лакового дерева), включающее практику кинцуги — реставрации керамики с использованием лака и золота. Эти форматы доступны только постояльцам и задуманы как продолжение идеи места, а не как развлекательный аттракцион. Проект развивается параллельно с реконструкцией соседнего театра и вписывается в более широкий процесс обновления исторического района.
4K
японияотеликиотокультураархитектура
Globe Trotter

Рекомендация для одной ночи в Джайпуре – Rambagh Palace, бывший дворец махараджей, "лучший отель в мире", – скажет вам любой местный житель. Символ перехода Индии к новой эпохе: когда махараджей лишили титулов и привилегий, Ман Сингх II передал резиденцию под отель (это удел большинства местных дворцов). Теперь “Рамбах” управляется группой Taj (она в свою очередь принадлежит пресловутой Tata Group, в Индии невероятная концентрация капитала).

Мраморные залы, резные колонны (любой местный житель скажет вам, что лучший мрамор в мире – не какой-нибудь итальянский, а из Раджастана), хрустальные люстры, шелковые ткани, фрески, арочные анфилады – здесь правда как в кино.

Отель сделан в форме прямоугольника, в центре которого – величественный парк (собственно, “бах” в названии – и есть “парк”).

У Ман Сингха II было три жены. Потомки от первой имеют офис неподалеку и часто заходят в отель проверить выручку:). Праправнук от второго брака, 27-летний красавчик, махараджа Савай Подманах Сингх, “самый желанный холостяк мира Индии”, живет в другом дворце, играет в поло, пускает к себе экскурсии за доп плату и снимается для обложек (у Саши Рымкевича в канале можно присмотреться к этому юноше и его наследству поподробнее). А третьей и самой любимой махарани была Гаятра Деви. “Самая красивая королева мира” –так вам скажет любой патриот Раджастана. Но там сложная история с наследниками.

Когда у меня в ванной внезапно включился верхний душ вместо нижнего и я произнесла все, что про это думаю, муж сказал: “Ты что, веди себя прилично, здесь жила махарани”:)).
4.1K
люксотеликультурароскошьархитектура
Globe Trotter

Недавно писал о домах Виктора Гюго, оформлением которых он занимался лично. И вот еще одно свидетельство стиля жизни писателя: камин его дома на острое Гернси, украшенный буквой H - от имени Hugo. Какой брендинг, однако!
4.1K
брендингкультураархитектураисториядом
Globe Trotter

Официанты подают ланч монтажникам-высотникам во время строительства отеля Waldorf-Astoria — прямо на металлической балке, подвешенной краном.

Фото было сделано для рекламы еще не построенного отеля – на тот момент самого высокого в Нью-Йорке. И должна была подчеркнуть, что сервис у Waldorf-Astoria на высоте. Дух от этого сюжета захватывает до сих пор.
4.3K
отелиархитектурасшаисториянью йорк
Globe Trotter

Как жаль, когда отели, некогда поражавшие своим дизайном, постепенно приходят в упадок. Так случилось с отелем Junior (ранее – CKM Sputnik) в Братиславе. Отзывы сейчас ужасные, будем надеятся, что когда-нибудь его реновируют как следует. Но атриум и его вентиляционные люки авторства Михала Ухера, Ивана Сламеша и Бранислава Сомора, впечатляют и сегодня.
3.6K
отелиевропакультураархитектураистория
Globe Trotter

Как же везет некоторым кофейням, которые благодаря одному только интерьеру сразу становятся достопримечательностями! В Клуж-Напоке (Румыния) открылась кофейня Laboratorium, разместившаяся в интерьере бывшей аптеки конца XIX века.

Впрочем, это спешелти кофейня, так что кофе там отличный. Пространство находится в неоготическом дворце Széki Palace, построенном в 1893 году по проекту венгерского архитектора Печа Саму. Изначально здесь располагалась аптека Matia Corvin с лабораториями и хранилищами, и значительная часть исторического интерьера — резные деревянные шкафы, своды, порталы — сохранилась до наших дней.

Проект реконструкции выполнили местные бюро EktraArhitectura и Fain Design. Их подход — не имитация истории, а аккуратное внедрение современного дизайна: скульптурные барные стойки из нержавеющей стали, минималистичная мебель и сдержанный свет подчёркивают аптечное прошлое и «лабораторную» тему кофейни.

Единственный минус – место очень популярное, мест мало, ждать приходится долго.
3.8K
архитектуракаферумыниякофедостопримечательности